Книга Любовь на кафедре, страница 68 – Дженнифер Смит

ЛИЛА

Ладно. Без проблем.

Рис уехал только вечером, когда она начала зевать и потягиваться и укрылась пледом с единорогами.

— Лила, мне пора, — сказал он. — Но прежде чем я уйду, можно тебя кое о чем спросить?

Она подозрительно прищурилась.

— Если это насчет моего секретного рецепта печенья, то нет. Я унесу его с собой в могилу, — ответила она лишь наполовину в шутку.

Он, кажется, не понял юмора и нахмурился:

— Зачем ты выплачиваешь долги Джейсона?

Ого, вопрос в лоб. Лила потерла друг о друга кончики безымянного и большого пальцев.

— Это не совсем его долг. Мы оба подписали договор. — Она старалась не смотреть на Риса.

— Он платит половину?

— Нет.

— Ты оформила кредит на себя?

— Бумаги подписывала я.

— Лила. — Он разочарованно склонил голову.

— Ну ладно, ладно! — Она развела руками. — Идея принадлежала Джейсону, он все оформил и сказал, что проще, если заем будет на мое имя, потому что только я тогда работала.

Лицо Риса так ожесточилось, что Лиле показалось, будто он превратился в камень.

— А теперь у него тоже есть работа, но долг выплачиваешь ты?

— Примерно так, да, — пробормотала она.

Рис тяжело вздохнул:

— Лила, ты не можешь…

— Нет. Прекрати. — Она резко подняла на него глаза. — Ты спросил. Я ответила. Но я не просила твоего совета.

— Но… — Он просто не мог оставить все как есть, да? Давил и давил.

— Нет, Рис! Это моя жизнь, и я буду поступать как знаю! Я готова выплачивать этот долг ради сохранности своего психического здоровья, ведь тогда мне не придется общаться с Джейсоном.

Лила откинулась на спинку дивана и судорожно сглотнула. Теперь Рис точно будет считать ее дурой. Она была готова поспорить на свое шелковое кимоно — то самое, что Мэдди и Руди привезли ей в подарок из медового месяца, — что Рис презирал ее, потому что она позволила Джейсону вытирать о себя ноги и выплачивала его долги.

Но она почти расплатилась, а в ближайшие пару лет накопит на обучение на лингвистическом факультете, и жизнь наладится! Просто нужно не спешить и надеяться, что не будет крупных трат: бойлер не сломается, машина не выйдет из строя и тому подобное, иначе обнулятся те скудные средства, что останутся у нее после выплаты долга.

Она взглянула на Риса, но тот по-прежнему хмурился, а его челюсть двигалась, будто он пытался во всем разобраться. Понять ее.

— Прости, Лила, — наконец ответил он. — Зря я спросил.

— Ничего, Рис, — автоматически произнесла она.

— Нет, не ничего. Я правда прошу прощения. — Он взял ее руку в свои теплые ладони. — Извини.

— Да ничего. Я тебя прощаю.

Смутная улыбка тронула его губы, но глаза не улыбались.

— Мне пора домой.

— Да, конечно, — с улыбкой ответила она. — Я провожу тебя до двери. Всего четыре шага.

Он рассмеялся, собрал студенческие работы и положил в сумку.

— Еще раз спасибо, — сказала она, прислонившись к дверному косяку. — За платье.

— Не за что. К тому же платье на самом деле нужно мне. Это же я должен доказать всем, что добился личного успеха.

Мистер Даллимор-старший определенно накосячил с воспитанием, раз теперь его сын считал, будто «личный успех» измеряется наличием девушки. Но об этом они поговорят как-нибудь в другой раз.

— Увидимся в понедельник, — сказала она.

Казалось, Рис хотел что-то добавить, и она замолчала в ожидании. Он даже открыл рот, но снова его закрыл.