Книга Кандидатка на выбывание, страница 105 – Катерина Крутова

Оказывается, Жуков не просто ушел из Golden Dolls. Он переманил обещанием лучших условий оттуда несколько девочек и теперь заправляет заведением Luxury Girls на севере Петербурга. Лысый из Авсаровской братвы вспомнил Андрея, а Лана призналась, что одна из турецких подружек недавно вышла на связь и звала на рождественскую тусовку в Питере. Мысль, что Настя может быть поблизости, подстегивает Тимура действовать.

— Ты же не можешь просто вломиться в клуб и начать стрелять по всем без разбора? — Ингвар пытается воззвать к здравому смыслу, но попытки тщетны — задетая честь и количество выпитого требуют призвать врагов к ответу немедленно.

— Давай поедем с ними⁈ — внезапно я срываюсь, хватая за руку мужа, — мы всегда отстаем, всегда на шаг позади. Не нападаем, а защищаемся, терпим. Я устала ждать смерти. Устала оборачиваться и гадать, что принесет завтра. У нас нет времени на долгие раздумья — мы и так не догоняем, а убегаем от погони. Меня достало быть жертвой!

Залпом опрокидываю полстакана вискаря, а Ингвар усмехается, выгибая бровь — в его глазах запал и пламя. Швед и сам рвется в бой, но от моего энтузиазма явно в шоке.

— Может это, — окидываю взглядом суетливые сборы в павильоне, — наш шанс наконец-то опередить врагов? Если Настя там — мы обязаны ее спасти. Если нет — по крайней мере, найдем зацепки — к Анджею, твоей чертовой Таше и самим Радкевичам.

Ингвар смотрит на меня так, будто впервые видит, но не спорит. Понимаю, что у нас нет плана, нет оружия, нет ничего, кроме запала и отчаянного желания действовать.

— Похоже, тебе совсем нельзя пить, Марин, — выдает херр Даль и, вопреки сказанному, протягивает початую бутылку, к горлу которой я тут же прикладываюсь обжигающим глотком.

— Ты готова вписаться в откровенно самоубийственную авантюру? — шепчет муж, притягивая меня так, чтобы никто не мог подслушать.

— Ну я же вышла за тебя замуж! — отвечаю, для убедительности подкрепляя слова кусачим резким поцелуем. Не знаю, что это, адреналин, эндорфин или просто глупость, но мне хочется запрыгнуть в машину и гнать до Питера, не останавливаясь, или, хотя бы остаться с Ингваром наедине и выпустить пар. Устремленные на меня голубые глаза темнеют ответным желанием.

— Ты чокнулась.

— Ты сам назвал меня валькирией. А какая валькирия без битвы? — и я целую вновь, не желая слушать возражения, или просто боясь, что он сможет меня отговорить. Точно одно — я хочу жить, а за последние дни, на острие страсти, под постоянным прицелом опасности, балансируя на грани дозволенного, я впервые ощущаю себя полноценно живой. Кажется, так и становятся адреналиновыми наркоманами, или это вирус безбашенности, передавшийся мне от Ингвара половым путем?

— Тимур, друг, послушай, — Даль предпринимает последнюю попытку воззвать к голосу разума Авсарова. — Пушки всегда успеют сказать веское слово, но мы же оба с тобой бизнесмены, а ты, к тому же, еще и политик. Я согласен на все сто, что семья превыше всего, но давай попробуем решить вопрос цивилизованно.

— Звери понимают только звериный язык, — рычит Тимур, но позволяет Ингвару продолжить.

— А еще дрессировку хлыстом и пряником. А эти звери знают цену власти и деньгами, иначе бы не пытались подложить тебе твою же дочь. Ты можешь все решить мирно — с помощью переговоров и выкупа…