Книга Единственная для дикого, страница 39 – Аня Истомина

Ловлю себя на ощущении, что у меня такого в жизни больше может никогда не случиться. Не то, чтобы я собралась ставить на себе крест, просто кажется, что после расставания с Диковым в сердце образовалась выжженная пустошь, на которой уже никогда не прорастёт ни одно светлое чувство.

А ещё мне стыдно, что я не уберегла нашу семью. Ведь именно женщина является хранительницей домашнего очага. Видимо, я плохо старалась, раз мой муж не торопился домой.

— Василиса, пойдём на кухню, там полы тёплые, — предлагает Рита, когда Егор уходит. — Какой ты чай любишь? Будешь солянку?

— Спасибо, я не хочу есть, — вздыхаю. — Чай любой. Помочь чем-то?

— Да нет, садись, отдыхай, — улыбается Рита, доставая чашки, и я послушно присаживаюсь за стол возле окна, ещё раз поймав себя на ощущении, что этот дом просто наполнен уютом, несмотря на то, что здесь нет каких-то особенных украшений. Просто аура такая.

Жена Егора очень милая внешне. Не худышка, но с гармоничной женственной фигурой, длинными волосами и огромными голубыми глазами. А ещё по ней видно, что она очень добрая. Это по её мягкому взгляду понятно сразу, по спокойному голосу, по плавным движениям.

— Мамочка, Ваня проснулся, но я его покачала, — забегает в кухню девочка, очень похожая на Риту, но тут же тормозит, увидев меня. — Ой.

— Это Василиса, жена дяди Серёжи, который к нам приходил, — тут же объясняет дочери Рита. — Поздоровайся.

— Здравствуйте, — очень по-взрослому смотрит на меня девочка. — Меня Катя зовут.

— Очень приятно познакомиться, — улыбаюсь ей и снова чувствую себя не в своей тарелке, потому что даже ничего не могу подарить детям, не ожидав, что пойду в гости. Думала, метнусь кабанчиком туда-обратно. “Метнулась”.

— Катюш, покачай ещё Ваню, пожалуйста, пусть он ещё поспит немного.

Девочка, кивнув, тут же вприпрыжку убегает, а я задумчиво смотрю ей вслед.

— Вы не помирились с Серёжей? — уточняет Рита, выставляя на стол пирог из духовки.

Вот и она уже знает, оказывается, но меня это на удивление не злит и не смущает, потому что я не слышу в её голосе ни сочувствия, ни осуждения. Отрицательно качаю головой. — А хочешь помириться?

Резко поднимаю глаза, не ожидав от неё такого вопроса.

— Если честно, я не знаю, — вздыхаю. — Мы столько раз ссорились, что расставание кажется вполне логичным финалом наших отношений.

— Почему? — серьёзно смотрит на меня Рита, присаживаясь за стол и нарезая пирог.

— Ну, потому что нормальным развитием отношений является появление детей и их совместное воспитание, а у нас дети не получались. Ну, и логично предположить, что если отношения не развиваются, то тогда они… умирают.

— Ну, они же не сами умирают. Часто люди к этому прикладывают руку. Это как с садом: один человек польёт увядающий цветок, потом порыхлит землю. Возможно, подкормит удобрением или пересадит. А другой просто вырвет больное растение, — пожимает Рита плечами, наливая по кружкам чай.

— Я, конечно, понимаю, что Серёжа — ваш с Егором друг, — усмехаюсь, стараясь сдержать язвительный тон, — но, поверь, я пыталась всё наладить.

— Да я же не говорю, что ты не пыталась, — мягко возражает Рита, двигая ко мне чашку с ароматным чаем. — Просто мне кажется, что дело не в том, что у вас с Сергеем нет детей. Думаешь, появление ребёнка исправило бы проблему, а не усугубило?