Книга Единственная для дикого, страница 68 – Аня Истомина

Я не собирался будить её, но из-за того, что увлёкся “ощупыванием” своих владений, Вася начинает елозить, а потом, что-то сонно пробормотав, отворачивается.

Вздохнув, поворачиваюсь к ней, обнимаю снова и закрываю глаза. Надо ещё поспать пару часиков, а то потом будет днём вырубать.

Второй раз просыпаюсь уже тогда, когда в комнате совсем светло. Кровать рядом со мной пуста. Внутри всё обрывается и холодеет. Мысль о том, что Василиса снова сбежала, бьёт под дых.

Я подрываюсь, путаясь в одеяле. Вылетаю в коридор с диким стуком пульса в висках, уже готовясь увидеть пустую прихожую и кухню. Торможу в дверях.

Жена стоит возле плиты и готовит завтрак. По запаху — это яичница на сливочном масле.

Облегчённо выдыхаю, едва не сползая по косяку.

Василиса оборачивается на шум и, быстро окинув меня взглядом, усмехается и отворачивается обратно.

— А что это за ухмылочка только что была? — дергаю бровью и подхожу к ней сзади.

Нагло забираюсь руками под свою футболку, которую она снова надела мне на радость.

— Что-то я не замечала за тобой склонности голым по квартире ходить, — едва заметно улыбается.

— Закаляюсь, — фыркаю и медленно поглаживаю её бедра. Трусиков на Василисе нет. — Как ты себя чувствуешь?

— Нормально, — шевелит она попкой, пытаясь увернуться от моих прикосновений.

— Ничего не болит? — не унимаюсь, зажимая её и упираясь стояком в поясницу.

— Серёжа, прекрати меня тискать, — возмущается Вася, повышая голос. — Яйца сгорят!

— Не прекращу. Лучше пусть эти сгорят, чем мои лопнут. Ты же сама сказала, что нужно заниматься любовью тогда, когда хочется. Я принял к сведению, — шепчу ей в шею и, чуть присев, толкаюсь между её сжатых бёдер.

— Диков, — вздрагивает она, крепко сжимая в руках лопатку.

В таком положении войти глубоко не получается, поэтому дразню Василису неглубокими проникновениями до тех пор, пока она сама не прогибается в пояснице так, чтобы мне было удобнее.

— Не обожгись, — отодвигаю нас немного в сторону от плиты, выключаю яичницу и продолжаю медленно и неторопливо любить свою жену, уложив грудью на разделочный стол.

Мне кажется, ей неудобно так же, как и мне, но сам факт того, что нас тянет трахаться как в начале отношений, заводит. Тело реагирует лютым возбуждением и быстрой разрядкой.

Василиса ахает и резко выгибается с очередным толчком. Едва успеваю подставить руку, чтобы она не долбанулась головой об навесную полку. Накрываю ладонью лобок и поглаживаю между скользких губок, заставляя жену содрогаться и стонать активнее. Когда она обессиленно падает обратно на деревянную столешницу, вжимаюсь в неё до упора, и чувствую, как дрожат ноги от напряжения.

Передергиваюсь от первого толчка спермы. Массирую Василисе шею, пережидая оргазм.

Успокоившись, отстраняюсь и разворачиваю жену к себе. Кожа тут же покрывается мурашками, потому что она смотрит на меня… отстранённо.

Да что не так-то опять?! Кончила же только что от души!

— Одевайся и давай завтракать, — вздыхает Василиса, отворачиваясь и доставая тарелки.

— Вась, что не так? — хмурюсь.

— Всё хорошо, — пожимает плечами.

Бляяя. Ну за что? “Всё хорошо” из её уст сейчас звучит как “пошёл на хуй”, а я не понимаю, что не так, потому что думал, что все реально хорошо.

Молча ухожу в спальню за штанами. Одевшись, возвращаюсь на кухню, где на столе меня уже ждёт завтрак.