Книга Жги, детка!, страница 138 – Мария Коваленко

— Если вы моя поклонница, то сейчас не до вас, а если уборка номера - убирать не нужно. Единственный мусор здесь я, и я никуда отсюда убираться не планирую.

Счастный даже не взглянул на меня, пока произносил свой сакраментальный монолог. Вероятно, уже привыкший, что в его убежище кто-то постоянно входит, он лишь покрепче к груди прижал бутылку и пониже опустился в ванную.

— Не то и не другое, - как переговорщик в американских фильмах о заложниках, я подняла руки вверх и медленно подошла к клиенту. – Лиза, ваш пиар-менеджер.

— Пиар... Кто? - Эдуард лениво наклонил голову набок.

— Пиар-менеджер. Ваше руководство наняло меня, чтобы помочь решить вопрос с оглаской.

— Они хотят, чтобы правда стала уткой, а утка снова превратилась в правду? - теперь уже Счастный соизволил скосить на меня свои небесно-голубые очи.

— Вы дорогой коммерческий проект, - можно было начать с лести, рассказать, что о нем волнуются, но в последнее время лжи в моей жизни было так много, что я с легким сердцем выдала правду.

— А вы смелая, - Эдуард придвинулся к дальней стороне ванны и взмахом руки пригласил составить ему компанию.

Если бы не странная гостья Счастного, я бы, возможно, растерялась. Полумрак, джакузи, мужчина - для первой встречи интимность зашкаливала. Но после Жанны... Всего лишь одним чудаком в моей командировке стало больше.

— Ужин подадут через пару часов, - по-хозяйски уведомил меня клиент, когда я устроилась на нагретой его задом керамической поверхности. - Есть хотите?

Внимательно прислушавшись к себе, вспомнив про творожок и диету, я отрицательно замотала головой.

— Нет.

— Тогда пейте, - произнес приказным тоном Счастный и передал мне свою бутылку.

— А… как же пиар? – я потянула носом густой терпкий аромат коньяка.

— К черту, - Эдуард откинул голову назад. - Все к черту! И пиар, и продюсера. Политики ко мне на передачу больше не придут, а вот… - он задумался. - Проклятие! Вы любили когда-нибудь?

Подобный переход был ожидаем, но все равно получилось слишком резко. Хлебнув коньяк из горлышка, будто воду, я затаила дыхание и сконцентрировалась на катящейся по пищеводу горячей волне.

— Да.

— Счастливая… - клиент отобрал у меня бутылку и сделал щедрый глоток.

— Не очень в этом уверена.

— Зря. Я считал, что любовь придумали женщины, чтобы привязывать к себе мужчин. Знаете, как это бывает: кто-то детьми, кто-то жилплощадью, а кто-то чувствами… Идиот.

— А может, так оно и есть? – я поджала ноги и обхватила колени руками. Если бы можно было – натянула бы на себя сверху что-нибудь большое и плотное.

— Если бы. Вначале кажется, что чувства ничего не значат. Что просто удобно быть рядом, рассчитывать на другого, есть, пить, трахаться когда захочется и как захочется. А потом в какой-то момент это удобство становится необходимым. Как воздух! И никакой заменитель даже пробовать не хочется.

Чувствуя, как внутри под ложечкой начинает сосать, а глаза покалывать, я уже сама, без предложения со стороны Счастного, потянулась за коньяком.

— Но ведь он предал Вас, - смогла заговорить только после очередного глотка. – Он рассказал прессе о вашем романе.

До сего момента я и не догадывалась, насколько ситуация клиента была похожа на мою собственную. Копия, только с точностью до наоборот. Карабас не ошибся, когда сказал, что это судьба. Судьба! Она самая. Разные люди, разные судьбы, и везде одно и то же, словно весь мир постигла одна и на всех беда.