Книга Заберу твою жену, страница 81 – Мария Коваленко

— Спокойно!

Слышу над головой знакомый голос.

— Не кричи! – Чья-то ладонь ложится на мои губы, не позволяя даже пискнуть.

В шоке я упираюсь руками в каменную грудь. Поднимаю взгляд вверх. И чуть не падаю, услышав:

— Потише, девочка. Давай без драки, пощади мои ребра. Они только начали срастаться.

Все еще не веря, я слегка пошатываюсь. Чуть не выпускаю телефон. Но Герман не дает упасть.

Убрав ладонь с лица, он прислоняет меня спиной к дереву и шумно выдыхает.

— Еле догнал, - признается. – Ты настоящая бегунья.

— ... по пересеченной местности, - улыбаюсь как дура.

— Еще и в темноте.

Герман заботливо смахивает с моего лба прядь волос и мимолетно, едва касаясь, целует в губы.

— Мало. – Не знаю, что на меня находит. Наверное, это адреналин. – Мне мало!

Встав на носочки, сама дотягиваюсь до него и целую. Вначале тоже невесомо, будто здороваюсь. А потом... проваливаюсь в эту ласку, как в болото.

Тону, царапая кожу на затылке. Всхлипываю, умирая от сумасшедшего облегчения.

— Катя, я хоть и не в форме, но не железный.

Боровский притягивает мои бедра к своему паху. Проводит мощным бугром вдоль живота. И, отвернувшись, зло матерится.

— Это нервное... – я пытаюсь успокоить саму себя.

— Какого лешего тебя вообще сюда понесло?

Герман забирает телефон из моих рук и смотрит на экран.

— Я хотела позвонить. – Тоже кошусь. Сигнала нет. Ни полоски, ни проблеска.

— Мне? – Гад улыбается. Довольный, словно луну с неба достал.

— Папе! – обламываю его. – А потом тебе, - все же признаюсь.

— Так соскучилась, что обманула охрану и убежала в лес?

Мерзавец лыбится. Так красиво и нахально, что не могу отвести взгляд.

— Сумасшедший! Тебя убить должны! – легонько пинаю в грудь. – Зачем ты вообще согласился участвовать в приемке товара?! На фига полез в это? Это ведь западня!

— Ого! Вот это осведомленность. Мансуров рассказал тебе? – в голосе Германа слышатся стальные нотки.

— Сорока, мать ее, на хвосте принесла еще два дня назад.

Радость и злость смешиваются на душе в такой коктейль, что руки начинают дрожать.

— Все же переживала...

Герман протягивает ладонь. Ведет двумя пальцами по моей скуле и спускается к губам.

— Ты можешь больше не умирать? Может, хватит одного раза?

Откидываюсь назад на свое дерево. Сейчас мне и на сантиметр нельзя приближаться к этому мужчине.

— Хрен, кто теперь сможет меня убить.

Герман сам нарушает нашу безопасную дистанцию. Вминает меня в ствол своим горячим телом. Заставляет поднять голову.

— Отец... Он знает о сделке. На разгрузке будет засада.

Моя страшная тайна, то, ради чего я рисковала несколько лет... слова сами срываются с губ. Страх потерять Германа оказывается сильнее, чем страх провалить папину операцию.

— Я уже в курсе. Теперь мы работаем вместе.

Этот невыносимый мужчина мягко касается губами моей нижней губы. Пробует ее языком как конфету.

— Господи... – Ноги подламываются. - Я за этих два дня, думала, с ума сойду от волнения. Ни спать, ни есть не могла. А вы...

Слезы наворачиваются на глаза. Вроде бы все отлично. Лучше, чем могла надеяться. Мои мужчины сами все решили, договорились и теперь действуют сообща.

Гребаный джекпот.

А меня трясет все сильнее, и внутри будто что-то трещит по швам, жалобно скрипит и рвется.

— Черт... – хрипло произносит Герман. – Я ведь хотел только посмотреть...