Книга Ложь между нами, страница 37 – Мария Коваленко

— Будем! — бодро кивает Алиса. — А еще подарок тебе купим. — Оставив меня, она тянется к щеке брата и целует его. — Ко дню рождения.

Будто забыв обо мне, эти двое внимательно смотрят друг на друга.

— Рождения?..

— Насколько помню, он у тебя завтра, — первой оживает Алиса и, не дождавшись ответа, тянет меня из кухни в гостиную.

После трехчасового марш-броска по магазинам начинает казаться, что я знаю Алису минимум лет десять. Несмотря на разницу в возрасте, с ней нескучно. Я с интересом наблюдаю, как она выбирает одежду и подарок для брата, слушаю рассказы об учебе и изредка позволяю себе вопросы.

— Получается, тебя и брата растил дядя?

Никогда не интересовалась прошлым Клима, но после утреннего рассказа уже не могу справиться со своим любопытством.

— Юридически да. Дядя Ярик был нашим опекуном.

— А фактически?

— Фактически сложнее. — Алиса притормаживает у красивого диванчика и падает на него как подкошенная.

— Расскажешь? — Я опускаюсь рядом.

Ноги уже гудят. Не хочется больше никакого шопинга. Только сидеть и разговаривать.

— Я предупреждала. Это невесело.

— О, я большой фанат невеселых историй! Подозреваю, другие в принципе бывают лишь в книжках.

— Я до вчерашнего вечера тоже так думала, — загадочно произносит Алиса и косится на красивый пакет с подарком в моих руках.

— Это намек на меня и Клима?

— Пока не знаю. — Она улыбается. — Брат больше всех в нашей семье заслуживает счастья.

Улыбка медленно стекает с пухлых губ, а затем Алиса, уже без пауз, начинает рассказывать.

— Мама отказалась от него почти сразу. Родители Клима не были расписаны. Папашка слился, как только узнал о беременности, а мама после возвращения из роддома тут же нашла себе новую любовь. На сына времени не осталось. Чтобы не мешал, она отправила его в дом малютки.

— Совсем маленького?

— В первый раз ему было три месяца.

— То есть? Что значит «в первый раз»? — Удивленно открываю рот.

— Мамин новый любовник оказался не только красивым, но и очень добрым. Узнав о ребенке, он потребовал забрать Клима назад. Обещал маме, что вырастит как родного сына. Нашел какого-то чиновника, который помог вернуть Клима матери, и даже обустроил в своей квартире детскую комнату.

— Тогда... как мог случиться второй раз?

Невеселая история Алисы выходит гораздо более горькой, чем я предполагала. При мысли о брошенном малыше колет за ребрами, а переносица горит огнем.

— Мама продержалась всего три года. Она почти не пила, научилась готовить, вместе с новым мужем нашла для Клима хороший сад. А еще через полгода от скуки закрутила бурный роман с новым соседом по лестничной площадке. Муж застал их прямо в коридоре. Дальше по классике: слезы, обещания исправиться и развод.

— А Клим?.. — Я обхватываю себя руками.

— Он буквально через месяц загремел в детдом. На этот раз маме даже не пришлось отказываться от родительских прав. Забыв о сыне, вместе с новым любовником она уехала на его дачу. А вернувшись... спустя два дня, узнала, что соседи вызвали полицию и та, выломав дверь, забрала малыша.

— Господи...

— Клим говорит, что ничего не помнит. — Алиса поднимает голову вверх и часто моргает. — Я думаю, он врет.

Словно пришибленные, мы несколько минут перевариваем свои мысли. Смотрим то в потолок, то на названия магазинов. Оживаем, лишь когда на нас начинают оглядываться прохожие.