Книга Клубничка для мажора, страница 18 – Бетти Алая, Полли Уайт

Жадное, властное, полное немой жажды, что копилась все эти дни.

В нем отголоски грома, страх одиночества, радость, что мы вместе здесь и сейчас. Пожираю сладкие губы Ангелины, словно оголодавший дикарь.

Мы сползаем на старый ковер перед холодной печкой. Руки путаются в мокрой одежде, пока мы срываем ее друг с друга. Я стягиваю с Ангелины верх пижамы.

— Ты без лифчика… – жадно таращусь на упругую «двоечку» с розовыми сосками.

— Я же дома… ммм! – она вскрикивает, когда мои губы смыкаются на твердой вершинке.

В голове пустота. Я ласкаю грудь своей девочки, впервые в жизни ощущая такое огромное и всепоглощающее желание. Она сладкая и отзывчивая.

— Боже! – стонет, выгибаясь мне навстречу. – Денис… Денис!

— Знаю, милая… сейчас, – подцепляю пальцами штаны ее пижамки и тяну вниз.

Вижу белые спортивные трусики. Член бодро дергается в джинсах. Блядь! Она в этих трусах куда сексуальнее, чем любая моя бывшая подружка в дорогущем кружеве. Ангелина настоящая…

Мои пальцы скользят по ее обнаженной коже, по изгибам талии, вдоль позвоночника. Моя девочка вздрагивает под моими прикосновениями, тихо стонет мне в губы, и каждый ее звук заставляет кровь бежать быстрее.

Я покрываю поцелуями нежную шею, ключицы, чувствую под губами бешеный стук ее сердца.

Опускаюсь ниже, развожу ее бедра. Чувствую незабываемый аромат девичьего желания. Она там вся гладкая. Блестящая от влаги. Сука… между ног все каменное.

— Денис, – тихо попискивает Ангелина, – что ты…

— Тшш, – с наслаждением веду языком вдоль складочек, собирая влагу.

Малышка кричит, ее голос звучит в унисон с новым раскатом грома. Яркий свет молнии освещает белую молочную кожу девушки. Она прекрасна.

Я ласкаю ее неистово. Не жалею. Она кончает на моем языке, извиваясь, словно изящная змейка. Стягиваю джинсы и нависаю над Ангелиной. Глаза девушки полуприкрыты после оргазма.

Снова кидаюсь на её губы.

— Ты уверена? – вырывается у меня сквозь поцелуй. – Мы можем остановиться.

В ответ она лишь прижимается ко мне всем телом, упругие бедра находят мои, и тонкие пальчики впиваются в мои волосы, прижимая крепче.

— Не останавливайся. Пожалуйста… – ее голос прерывается, и в нем столько доверия и желания, что это сводит с ума.

Я вхожу в нее медленно, давая привыкнуть, чувствуя ее напряжение. Ангелина зажмуривается, тихо вскрикивает, впиваясь ногтями мне в спину.

Боль смешивается с наслаждением, и это самая чистая, самая настоящая вещь, что я когда-либо чувствовал.

В ней так туго! Неужели она… нет, погодите-ка.

— Ты… – начинаю, но Ангелина кладет палец мне на губы.

Замолкаю. Но я счастлив. Я первый!

Мы движемся в унисон, под аккомпанемент затихающего за окном дождя. Тело Ангелины открывается мне, отвечает на каждое движение, каждый толчок.

Я тону в ее глазах, темных и бездонных в полумраке, и вижу в них то же смятение, тот же восторг, что чувствую сам.

Это не просто секс.

Это что-то гораздо большее.

Это падение в бездну, а затем парение в облаках.

Я стараюсь быть нежным. Дыхание Ангелины сбивается. Ее горячая плоть смыкается вокруг меня. Блядь, как же хорошо!

Мы кончаем почти одновременно, и я пиздец горд, что смог довести эту невинную малышку до первого оргазма.

Спустя минут двадцать мы лежим в обнимку. Прислушиваемся к тому, как стихает буря. Дождь теперь лишь тихо постукивает по крыше.