Книга Восток. Запад. Цивилизация, страница 82 – Екатерина Насута

— Искушение.

— Именно. – Манфред наконец закурил сигару. Сладковатый аромат табака наполнил комнату. – Найти какого-нибудь мальчишку с Даром… или девчонку. Не суть важно. Изъять. Барри утверждал, что Дар есть почти в каждом. И надо лишь его пробудить. Дать искру, из которой возгорится пламя.

— Он работал один?

— Говорят, что да, но я думаю, вряд ли. Барри, может, и неплохой теоретик, но вот обезболить… Изъять кусочек кости. Срастить ткани. Пересадить. Наблюдать за пациентом, которому явно понадобится помощь. И все это скрытно, и все это здесь. На все это требуются помощники. Императорские псы землю носом рыли, но никого не нашли.

Только это ничего не значит.

И почему Чарльзу никто и словом не обмолвился об этой истории?

— Я это к чему. – Манфред широко улыбнулся, выпуская колечко дыма. – Не оставляй жену без присмотра. А то ведь мало ли что. Дар у нее яркий, так? Вдруг да потянет кого на эксперименты.

— Спасибо, – глухо отозвался Чарльз.

— Не за что. Братья своих не бросают.

— Что?

— Помнишь? Студенческое братство. И клуб наш. Я тебя принимал как раз. Веселые были времена. – Он снова засмеялся. – Как вспомню, как вы ректорские трусы стащить пытались…

— Лучше не надо.

— А Эльзу? Подавальщицу из «Шута и свина»? Ее помнишь? И ее тетку. – Манфред расхохотался. – Или как вы магией ту свинью…

Чарли улыбнулся.

Да, свинья, которую они протащили в сад многоуважаемого Кернвуда, была большой. Образцово-показательной даже. С выставки они ее и сперли.

И…

Но не в ней дело.

И не в тех воспоминаниях, на которые Манфред намекает. А в чем-то совершенно ином и куда более опасном.

— Ты, наверное, иди уже. – Манфред вытащил часы. – А то старик ныне долго не засиживается. Говорят, он себе новую игрушку прикупил. Да уж, время идет, а люди не меняются. Ему бы уже о вечном думать, а он все о девках.

Чарльз поднялся:

— Спасибо.

— Я завтра загляну. И если что, пригляжу.

— Буду рад.

А вот револьвер у Милли только один. Хватит ли?

— А жене привет передавай. Кстати, если она согласится пожертвовать науке пару капель крови, благодарность моя не будет иметь границ.

— Только крови?

— Пока крови. – Манфред тоже встал. К коньяку он так и не притронулся. И стало понятно, что и бокал этот, и сигара, которая медленно тлела, и сама курительная, обставленная со сдержанной роскошью и немалым вкусом, лишь часть игры. – Тебе же не жалко, Чарли, подарить своим друзьям пару капель ее крови?

Глава 22,

в которой леди запускают шарики

Шары поднимались и опускались.

Опускались.

Поднимались.

И это развлечение очень быстро надоело. А потому, когда в дверь постучали, я почти с радостью сползла с подоконника. Но револьвер прихватила. Так, на всякий случай.

— Кто там? – осведомилась я, притягивая шары поближе.

— Багаж, леди! – бодро донеслось с той стороны.

Я открыла.

И паренек, который обнаружился за дверью, попятился. Надо же, какой боязливый.

— Заноси, – велела я, отступая. И револьвер убрала.

В ридикюль. А шары не стала, потому как мало ли, с виду парнишка хиленький и бледненький, но вот за ним вошел господин того солидного вида, который сам по себе подозрения внушает.

— Свободен, – сказал господин, и парнишка спешно, даже чересчур спешно, убрался.

А господин остался.

— Милисента Диксон, полагаю? – поинтересовался он, оглядываясь.