Онлайн книга «Эльфийский апокалипсис»
|
Сны о неосвоенном бюджете порой снились Нахимовой, и тогда просыпалась она в холодном поту, с немеющими пальцами на ногах и мыслями об отставке. Вот, похоже, сны и сбываются. И холодком по спине тянет. Или это от кондиционера? — Кстати, по сценарию и творческие коллективы приглашены. Сегодня и вовсе креативщиков доставят. Вертолетом! – Второй помощник тоже палец к потолку поднял. – Настоятельно рекомендовано прислушиваться… — Прислушаемся, – согласилась Нахимова, – всенепременно прислушаемся. Кто занимается возведением сцен? — Вельковские, – глянул в бумаги первый помощник, – а за лоточную торговлю отвечать… Совещание пошло в обычном режиме, и беспокойство, которое испытывала Нахимова, будто бы отступило. И вправду бывает. Всякое бывает… Даже государственные деньги, которые нуждаются в срочном освоении. Мысль пошли о Вельковских и о том, что еще с прошлого подряда те изрядно Нахимовой задолжали, но не побоялись, сволочи такие, сунуться. Никак через Петьку, который вон, в бумажках копошится. Все знают, что он с племянницей Вельковского роман крутит. Но одно дело шуры-муры, а другое – подряды выгодные раздавать да через начальственную голову. Надо будет намекнуть и ему, и Вельковскому, что так дела не делаются. С торговцами уже Ленька разберется, этот, даром что неказистый, но хваткий и сообразительный. Да и на Петьку поглядывает ревниво, сам желает из второго помощника в первые выбраться. Он бы и Нахимову потеснил, честолюбивый засранец, но кто ж ему даст. Люди… Людишки… Надо Тополеву позвонить, сообщить… Конечно, недоволен будет, потому как договор был о том, что не стоит внимание излишнее привлекать, а где фестиваль, там, чай, и пресса, и всякое иное… Но тут уж понять должен, что Нахимова не виновата. — А из выставки разнорядку устроим, с окрестных хозяйств. У нас тут пять фермерских числятся, дотации получают, пусть коров и привозят, – продолжал тем временем Петр, уже совсем расслабившись. – Фермы молочные опять же… Свириденко стенд поставит? — Поставит, поставит, – заверила Нахимова. А лежавший рядом телефон тренькнул. Тот, особый, который она всегда с собой носила, но он большею частью пребывал в дреме. А тут взял и тренькнул. И душа мигом ушла в пятки. — Вы тут дальше решайте, – сообщение Нахимова прочла до того, как оно исчезло, стершись из электронной памяти, – а мне выйти надо. — Так необходимо с местом определиться! В городе мало… Эти, креативщики, поле хотят! Чтоб за городом и побольше… — Вот и с полем решайте! — Тогда надо будет транспорт организовывать… — И с транспортом! – Страх сменялся раздражением и снова страхом. – Что вы в самом деле как дети малые… Она поднялась, пожалуй, слишком поспешно, но господин не терпел промедлений. И уже в коридоре, прикрыв за собой дверь, Нахимова перешла на бег. В узкой юбке и на каблуках бежать было неловко, но страх заставлял мириться с неудобствами. Ее уже ждали. — Господин? – Она остановилась в дверях своего особого кабинета, расположившегося в отдельном закутке. Да и кабинетом это назвать сложно. Так, комнатушка. Защищенная. Особо защищенная лично господином. Но сейчас в ней был не он. — Госпожа, – промурлыкала Офелия, – думаю, так будет правильнее. Вы проходите, Марьяна Васильевна, присаживайтесь. |