Книга Дикарь, страница 102 – Екатерина Насута

— О, вижу, вы нашли его, — старик снял прутик с мясом и протянул Михе. — Прошу вас. Конечно, несколько не хватает специй или хотя бы соли, однако в нашем положении выбирать не приходится.

Миха молча сунул прутик с мясом детенышу.

И дикарь вновь одобрил.

Детеныши должны хорошо кушать и тогда вырастут сильными охотниками. Они добудут много мяса и никто в племени не узнает голода.

— О, не стоило, я для него потроха оставил. Этого хватит, — старик уже облачился в штаны, которые подвязал кожаной веревкой.

— Пусть. Ест.

Миха снял детеныша и задвинул за спину, точнее Ица сам спрятался.

— Совершенно дикий. Воспитывать и воспитывать, — старик вздохнул. — Ума не приложу, зачем он барону понадобился.

— Для меня, — подал голос Джер, обнюхивая палочку. Брезгливость в нем боролась с голодом и явно проигрывала. — Отец сказал, что эта тварь поможет пробудить во мне силу.

Он осторожно вцепился в мясо.

Сглотнул.

— Соли нет.

— И не будет, — заверил Миха, пробуя мясо. Что сказать, дикарь не был столь придирчивым, поэтому отсутствие соли и вообще каких бы то ни было приправ ему не мешало наслаждаться тонким вкусом гадючьего мяса.

И Миху даже не мутило.

Ели молча. Некоторое время. Старик медленно и тщательно пережевывал каждый кусок, а вот Джер, позабыв про капризы, заглатывал мясо кусками. Словно боялся, что оно закончится.

Ица держался за спиной Михи.

Сопел.

— Рассказывайте, — велел Миха, почувствовав, что голод отступает.

Спорить не стали.

Джер зевнул и не стал отмахиваться, когда старик протянул ему сморщенный корешок.

— Засунь за щеку и медленно рассасывай. Русалий корень, — пояснил он. — Придаст сил и отгонит лихорадку. Что же касается истории нашей, то, боюсь, моя роль в ней невелика. Мне было велено препроводить господина Джеррайю в город и проследить, дабы сделка, им совершенная, была оформлена по правилам.

Миха перевел взгляд на мальчишку, который едва не подавился корнем. Он поспешно вытер рот рукой и заговорил.

— Наш маг, который… которого…

— Больше нет?

— Точно. Он сказал, что у меня имеются задатки. Что дар. Слабый, но есть. И что нужно его раскрыть. Сперва сам пробовал. Но не выходило. Я старался.

— Теперь понятно, — старик склонил голову.

— Да что тебе может быть понятно!

— До недавнего времени господин барон был одинаков ко всем своим сыновьям. И ходили упорные слухи, что его благосклонность к Дагомару выше, нежели к вам. Но это лишь слухи.

— Ублюдок!

— Законность рождения вашего брата не вызывает сомнений. Да и ваш отец признал его.

Мальчишка глянул исподлобья.

— Мама сказала, что он поклялся оставить фьеф мне! Когда женился на ней!

— Все верно, — старик сел, растопырив колени, и положил на них руки. — Однако вашему отцу принадлежат весьма обширные земли, из которых можно выделить наследуемый малый фьеф.

Джеррайя засопел.

— Почему?!

— К сожалению, мысли господина барона мне неведомы, — старик пошевелил губой. — Полагаю дело в вас, господин. И в вашем брате. В братьях. Никто из них в полной мере не унаследовал ни силы, ни умения барона, ни его стремления стать хорошим властителем.

— Это как?

— Так, как вам говорили наставники. Заботиться о фьефе и людях, что проживают на нем. Быть защитником и опорой. Судьей и вершителем закона.

Мальчишка скривился.