Книга Дикарь, страница 129 – Екатерина Насута

— Мамой!

Эльса захрипела и стала заваливаться на бок. Она упала на пол, так и оставшись лежать с широко раскрытыми глазами. Она была определенно жива, дышала и изо рта выползала нить слюны.

— Язык себе попыталась откусить! — с каким-то восторгом произнесла Миара. — Представляешь?!

Она присела рядом и ущипнула за щеку.

— Ничего. Мы с тобой обязательно побеседуем.

— Мой сын, госпожа! Что она сделала с моим сыном? — жалобно произнесла Бригитта, прижимая руки к щекам. — Госпожа! Прошу! Умоляю!

— Что с её сыном.

— Мертв, — Даг все еще улыбался. — Мама наняла людей.

— Как нехорошо с её стороны, — Миара покачала головой. Бригитта же вцепилась зубами в кулак, сдерживая вой, рвавшийся из груди. — Вы уверены?

— Мама сказала, что ей дали знак. Мертвы. И маг.

— Маг зачем?

— Мог бы помешать. И знал много.

— Готовил зелье, верно? То, которым она поила вон её, — Миара указала на Бригитту. — Почему просто было не отравить?

— Отец. Не поверил бы. И у нее родственники. Могли бы заявить в Совет. И дознание. Позвали бы кого. А так заболела бы после смерти сына. Всегда была слабой. Детей скидывала. Тут уж не отца вина. Подсунули порченную. Сами виноваты.

— Что ж, понятно. Вин, подними её, пожалуйста. И посади так, чтобы не падала. Неудобно разговаривать.

Тело женщины оказалось на удивление тяжелым, неудобным. Да и обмякшая, она то и дело норовила завалиться набок. Еще от нее дурно пахло, кажется, паралич был куда более глубоким, чем казалось на первый взгляд.

— Зачем вам мой ребенок? — спросила Миара.

— Не знаю! У нас будет ребенок?

— Конечно, дорогой. Ты же меня так любишь. А когда люди любят друг друга, у них появляются дети. Но пока помолчи. И вовсе. Ты устал. Очень устал. Надо поспать.

— Надо?

— Обязательно. Я хочу, чтобы ты уснул. А потом ты проснешься сильным.

— И мы поженимся?

— Всенепременно. Но спи, — последнее слово Миара произнесла чуть резче. Но Даг послушно закрыл глаза и погрузился в сон. Миара же потерла виски. — Долго держать голова болит. Все-таки менталист из меня так себе.

— Он очнется? — уточнил Винченцо.

— Очнется. Но я успею приготовить зелье. Не злись, он нам нужен. Некоторое время. А пока мы продолжим нашу беседу. Ты убедилась, что я не лгу?

Миара сдавила голову женщины.

— Убедилась. Смотри мне в глаза. Слушай. И подчиняйся.

Та захрипела и из носа потекла струйка крови.

— Сопротивляется. Сильная. Но это не важно, — улыбка Миары была воистину жуткой. — Не надо противиться. Иначе я убью их всех. Начну с младшего. Я сделаю так, что они будут гнить живьем. Один за другим. Корчась от боли. Умоляя о смерти. Правильно, вот так. Будешь хорошей, убью лишь тебя. А они останутся живы. Обещаю.

Лицо женщины разгладилось. Рот приоткрылся, а глаза теперь смотрели в одну точку.

— Итак, начнем. Чья это была идея?

— Маг. Пришел. Обещал. Помочь. Сказал. Мужу недолго осталось. Месяц или два. Сгорит. Болезнь, — она отвечала, часто облизывая пересохшие губы. — Сказал. Бригитта выкинет. Нас. Выставит. Идти некуда. Дети. Мой сын старше. Достоин. Он наследник.

— И тебе предложили сделать так, чтобы наследство досталось ему.

— Да.

— А взамен?

— Твой ребенок.

— Даже так… слышишь, Вин? Мой ребенок им нужен.

— Все. Дети. Какие будут. Обещали. Ты без сил ничего не сможешь. Обычная женщина. Женщина должна рожать детей. Мужу. Даг стал бы хорошим мужем.