Книга Дикарь, страница 75 – Екатерина Насута

— Я не забуду, — произнес Император тихо, устраиваясь с другой стороны.

На полу.

На груде меховых одеял, подушек и шелков. И почему-то это больше не казалось ни странным, ни неправильным.

Наоборот.

А Ирграм осторожно опустился рядом. Вечер обещал быть долгим. Ночь — не короче. И уже потом, позже, он вдруг явственно осознал, почему зелье действует не так, как нужно.

И похолодел от собственной догадки.

И снова пожелал очутиться дома. И тут же укорил себя за слабость.

В конце концов, он вполне может ошибаться. Все ведь ошибаются.

Вот только Варенс, вернувшийся так быстро, как мог — надо будет вообще запретить ему покидать пределы города, тихо сказал:

— Она не его дочь.

Сказал и заткнулся. Он все-таки был целителем, а не идиотом. Только поздно.

— Он ведь ошибается? — тихо-тихо, едва слышно, спросил Верховный, очнувшись ото сна.

Когда звезда вырвалась из рук мага и расцвела во всем великолепии грядущего ядерного взрыва, Миха, прокляв себя на чем свет — вот что любопытство с людьми делает — вжался в землю. И пропустил момент, когда звезда разродилась-таки огненным шквалом.

А заодно, когда мага убили.

Потом, позже, Миха поймет, что слышал, как звякнула тетива. И даже ощутил колебание воздуха, разрубленного стрелой. И уверит себя, что не мог ни слышать, ни ощутить.

Показалось.

Мало ли чего больной голове привидится может? То-то и оно. Вот и привиделось. На фоне затянувшегося стресса. Миха успел прижаться к земле, издалека ощущая жар сотворенного пламени. И от жара этого взревели разбойники, вспыхивая один за другим.

Завоняло паленой плотью.

Волосом.

И хрипло рассмеялся главарь.

— Видишь, — сказал он, и Миха расслышал сквозь звук огня. — Ты играешь нечестно, Вал.

А потом в спину мага ударила стрела. Такая. Обыкновенная. Длинное древко. Белые перья, которые тряслись, но не горели, ибо пламя не смело переступить черту, установленную магом.

Он покачнулся.

А вторая стрела выросла рядом с первой.

И третья впилась в горло слуге, заставив того рухнуть. С ним упал и рукотворный фонарь. Склянка не разбилась, но отломалась, покатилась по земле, чтобы застрять меж корней.

— Вот так-то, — главарь огляделся.

И Миха с ним.

Пламя опало. Догорали люди. Не все, но многие. Кто-то еще жил, корчился, но вряд ли агония продлится долго. Оставалось порадоваться, что сам Миха был достаточно далеко, чтобы огонь не добрался. И все-таки убраться.

Это ведь разумно, убраться от человека, который вот так легко завалил мага. Может, не такого могущественного, как те, из города, но все-таки мага.

И тоже странно.

Если мага можно вот так взять и убить стрелой, то почему их вообще боятся?

Миха почесал себя за ухом и остался. В конце концов, разбойникам, что остались живы, явно было не до него. А маг, который исключительно теоретически, догадывался о Михином присутствии, лежал, не подавая признаков жизни.

— Вот так-то, ваше благородие, — сказал вожак и сплюнул. Плевок повис на растрепанной бороде, что несколько испортило красоту момента. Но ничего, вожак мазнул рукавом по роже, а потом ударил мальца в живот. Резко. Без размаха.

И без жалости.

— Выга, а Выга… — донесся до Михи жалобный голос. — Он их чего… убил?

— Убил, — главарь пнул согнувшегося от боли мальчишку.

— Всех, что ль?

— Не всех. К сожалению.