Книга Наставник, страница 138 – Екатерина Насута

А еще подумал, что да, проснуться и обнаружить дыру в груди – это очень даже удивительно. Не говоря уже об остальном.

— Мы ведь тут пошумели…

— Алеф, - его упырь упорно именовал по имени. – Часто проводил здесь… исследования. Как я понимаю. Шум – часть их. Вот что химеры нет, так это да, подозрительно. С другой стороны все равно не рискнут. Время есть.

Знать бы, сколько еще.

— Вампиры. Ты знал, таких как я?

— Слышал, - Миха отступил от входа. Маг там или как, но ведь могут и наблюдать за шатром. И Михина наглая рожа точно вызовет подозрения. – Там, где я жил раньше, о вампирах ходило много историй. Правда, не поручусь, что правдивых.

— Но свет мне действительно не нравится.

— Как ты вообще…

— Умер, - упырь вздохнул и, согнувшись, проковылял к столу. – Я так думаю. На мне клятвы были. Они пообещали избавить. И я умер. А потом ожил. Клятвы ведь до смерти… а после, выходит, что и не действуют.

Это было сказано презадумчиво.

— Только нужно было понять, что я на самом деле мертвый.

— Чуть-чуть, - не отрываясь от ковыряния в чужой груди, отозвалась Ица. Теперь её руки шарились в грудной клетке Винченцо. Одно сердце, темно-красное, живое, лежало тут же, на столе. При этом оно продолжало биться.

Выглядело все, надо сказать, жутковато.

— Знаешь, - Миара оторвала взгляд от Ицы. – Мне казалось, я многое умею, но…

— Много, - согласилась Ица. – Это другое. Я не как ты. Другого не уметь. А это делать. Тут запутаться. На, держи.

И сунула в руки магички темный ком, от которого к дыре в груди потянулись тончайшие нити, будто паутина.

— Их нельзя просто разорвать! – голос Миары чуть дрогнул. – Он тогда умрет.

— Я знать.

Ица осторожно потянула за одну нить.

И та вышла. Вторая… третья… она просто наматывала их на пальцы. И лежащее на столе тело время от времени вздрагивало.

— Ему…

— Держи, - строго приказала Ица. – Ты уметь. Не дать умереть. Если умереть, то все.

— Она… странная, - упырь держался чуть в стороне.

А Миха согласился, что таки да, странная. Нормальные девочки не копаются в чужих потрохах. Но если подумать, то они все тут… странные. Мягко говоря.

— Как у тебя получилось? – Миха кивнул на Алефа, которого магичке пришлось отпустить. А ремни как-то не внушали уверенности. И надо бы встать там, чтобы, если вдруг маг очнется, отключить его.

— Не знаю, - упырь опять подобрался к выходу.

Что ему неймется.

— Я просто крови хотел… голод такой… а у него сладкая. Только…

Он неловко пожал плечами. И подумалось, что упырь какой-то стеснительный.

— Но да. Он должен был меня убить. А вместо этого… может, тьма предвечная? Или просто… он ведь пытался, руку поднял, а потом раз и все.

Раз и…

Миха подошел к столу. Под сапогами хрустело стекло. И голема дохлого стоило бы убрать куда, чтобы не споткнуться ненароком. Пахло по-прежнему больницей, только теперь к запаху лекарств добавился еще один, характерный – крови.

— Может, в твоей слюне что-то? Вот у летучих мышей-вампиров в слюне есть обезболивающие вещества. И те, которые мешают крови сворачиваться. А ты покрупнее мыши будешь. И с точки зрения логики, тебе бы жертву обездвижить.

Теперь уже на лежащего Алефа уставились все.

— Потом разберемся, - Миара положила сердце на живот. – Не отвлекай, будь добр. Мне все-таки не хотелось бы, чтобы Вин умер.