Книга Советник, страница 138 – Екатерина Насута

— Твоя сестра… скажем так, она мне интересна. Даже не столько сама по себе, сколько её кровь и сила. Дар у нее чрезвычайно яркий, выраженный, хотя женская эмоциональность его портит. Ну да я готов закрыть на это глаза. Если хочешь, мы можем заключить брачное соглашение, и в нем прописать некоторые… особенности обращения с нею.

Вот Миара обрадуется-то…

— Но ты прав, да… на самом деле мне необходимо иное. Так уж вышло… мы с твоим братом работали над одним… весьма и весьма перспективным… проектом, - теперь он говорил очень медленно, делая между словами долгие паузы.

— Древние? – Винченцо убрал руки.

Пить хотелось.

И вода ведь была. В колодце. И еще в бочках, которые наполняли из этого колодца. В ведрах, в лазарете, которого больше нет.

Карраго чуть склонил голову.

— Перед смертью Алеф кое-что мне рассказал.

— Именно поэтому я убиваю врагов быстро. Разговоры только все портят, - Карраго сцепил пальцы. Неестественно тонкие и длинные.

Ходили слухи, что он, меняя других, и собственное тело совершенствовал.

Скорее всего, правда.

И тогда не ясно, зачем ему Миара. Или изменения не столь велики, чтобы лишить его возможности обзавестись потомством?

Впрочем… у Карраго уже есть сыновья. А в Башнях случается всякое. Сын, внук? Какая разница. Главное, кровь сохранить.

— Что именно он успел рассказать?

— Мир скоро погибнет.

— А, - Карраго не стал скрывать облегчения. – Это… глупости.

— Полагаете?

— Практически уверен. Он показывал мне машину.

Даже так? Не похоже на Алефа. Он всегда отличался скрытностью, особенно в том, что касается работы. Он ведь даже отцу не сказал. А Карраго…

Маг огляделся и все же опустился на кресло, на самый край его.

— Так уж получилось, что мы сошлись на одном… перспективном направлении. Если ты помнишь, то твой брат пострадал в ходе эксперимента. И ему пришлось менять сердце.

В груди заныло.

Помнит ли Винченцо? Конечно. Тогда вся башня замерла, ожидая, умрет Алеф или выживет. И те, кто помладше, гадали, кто займет его место. А те, кто постарше, вроде Винченцо, тихо молились, чтобы выбрали кого-то другого.

Винченцо повезло.

На самом деле выбрали кого-то другого.

— Я проводил замену, - произнес Карраго. – Операция весьма сложная, к тому же пришлось её делать буквально на ходу, без предварительной подготовки. Твоя сестра мне тогда изрядно помогла. Так вот…

Он ненадолго замолчал, уставившись в окно.

— Эксперимент… имел весьма серьезные последствия. Повреждена оказалась не только органика, но и тонкие структуры. Мне пришлось надолго задержаться в башне.

А на груди Винченцо и шрама не осталось.

И сердце ощущается, как собственное. Оно… оно и есть собственное. Его. Стучит. Работает.

— И так уж вышло, что мы разговорились.

— С Алефом?

— О, весьма и весьма неординарный молодой человек. Сперва он расспрашивал об операции… о целительстве. Его интересовали некоторые мои возможности и перенос их на материальный носитель. Мы тогда неплохо подискутировали о перспективах развития артефакторики.

А пожалуй и вправду, два упоротых гения могли бы найти общий язык.

— Там слово за слово… он предложил поучаствовать в эксперименте. Я согласился. Не столько из-за эксперимента. Скорее мне было интересно, насколько удалось восстановить способности.

— И насколько?