Книга Советник, страница 56 – Екатерина Насута

— Спасибо, - странно это, благодарить кого-то.

Но почему бы и нет?

— А…

— Ушла, - ответил мальчишка и нахмурился. – Тут… неладно.

А когда оно было ладно? Но Винченцо просто кивнул. Огляделся.

— Рабов я отослал. Что-то… не верю я им, - мальчишка же помог опуститься в кресло. – Там пара наемников. Оставили. В собственном замке чувствую себя… не знаю.

— Пленником?

— Да нет, не то, чтобы, просто… вроде я здесь барон и главный, а скажи кому, так смотрят, как на дурака.

Ица склонилась над столом и обнюхала хлеб, что уже успел подсохнуть, сковырнув кусок козьего сыра, отправила его в рот и зажмурилась.

— Да нет, кто рискнет отравить мага? – Джер, кажется, даже обиделся.

— Тот, кто считает, что маг и без того болен, - ответил Винченцо и встряхнул рукой. – Но отравы и вправду нет. Во всяком случае такой, которую можно определить.

— Магия?

— В своем роде. Амулет, - Винченцо поднял руку, чтобы стало видно запястье. Амулет был невзрачным. Шерстяная нить и бусина, которая казалась стеклянной. – Миара делала. Давно. Сейчас у нее получше выходят.

— Тогда почему не поменяете? – Джер подтянул другое кресло и велел: - Садись.

Странно, но спорить Императрица мешеков не стала, забралась, причем с ногами.

— Ешь, - она указала на сыр. – Есть надо. Много. Быть здоровым. Сильным. Идти. Ждать…

— Ты говори на своем, я понимаю ведь, - Винченцо отломал кусок сыра. Может, и не кровь с медом, но оно и к лучшему. Сыр был кисловатым, с плотною желтою коркой, на котором местами ощущались мягкие пятна плесени. Но вкус она не портила, напротив, с хлебом – самое то.

Еще молока бы. Даже если без меда, все одно сойдет.

— Времени остается немного, - Ица слегка склонила голову. – Надо спешить.

— Куда идти ты хоть знаешь?

Чужой язык давался с трудом. Странный он. Будто во рту камни перекатываешь.

— Я не понимаю! – возмутился барон.

— Туда. Там… далеко, - она махнула рукой в стену. – Зовет. Я слышу. Тут.

Она накрыла живот руками.

— Это как-то связано с тем… с той вещью, которую ты подняла?

Кивок.

— Ключ.

— К чему?

— Я же говорила, - в голосе девочки проскальзывает раздражение. – К сердцу.

— Что такое это сердце?

— Я не понимаю! – Джер нахмурился.

— Скажи, - велела Ица. – Муж. Должен знать.

— Почему он? – уточнил Винченцо. – Ты ведь не могла не понимать… клятва, магия. Вы теперь связаны. А он… кто его примет? Там, у вас?

— Если он принесет сердце бога, то примут.

Все-таки она дитя. Странное. С безумным даром, который просто невозможно объяснить с точки зрения науки, но все равно дитя.

Влюбленное?

Нет, это не любовь. Винченцо знает, какова та на самом деле. И что ничего хорошего в любви нет. Но сейчас дело точно не в ней. А мальчишка, который начинает злится… он ведь тоже не понимает, во что ввязался.

— Я выбрать, - она указала на Джера. И говорила так, чтобы и он понимал. – Отец искать мужа. Выбирать. Он бы выбрать. Сильного. Как сам. И слабого.

— В каком смысле? – уточнил Джер. А для Винченцо все было ясно.

— Сильного, но не настолько, чтобы тот мог претендовать на трон?

— Да. Но тот не устоять. Тяжело.

— Твой муж все равно рискнул бы устроить заговор, потому что устоять перед такой возможностью тяжело?

Ица кивнула.

— Ешь. Отец нет. Другие. Каждый хотеть быть мой муж.

Джер заерзал, верно, намекая, что он не слишком-то рвется, хотя и не отказывается, раз уж на то пошло.