Книга Охота на охотника, страница 24 – Сергей Бакшеев

Игнатов, демонстрируя наглядные материалы, докладывал:

— В любой войне поражение терпит тот, у кого заканчиваются ресурсы: деньги, вооружение или люди. Профессиональные военные самый ценный ресурс. В продолжительной войне наибольшие потери армия несет не на поле боя, а от болезней. Возьмем Наполеона. Во время отступления от Москвы безвозвратные потери французов составили триста тысяч человек. Некоторые умерли от голода и холода, но больше всего — от инфекционных болезней. Вирус — вот главный враг любой армии.

Богданов пошевелил седыми бровями, показывая, что теории ему достаточно, и спросил:

— Что нам известно об американских биолабораториях на Украине?

— Лаборатории по вывеске гражданские, но финансируются Пентагоном. Это само по себе показательно: военное ведомство — главный заказчик. А заказывают они разработку вирусов этнического действия. Против славянского этноса: русских, украинцев, белорусов. По сути это биологическое оружие нового типа. Стремительное распространение в городах миллионниках и высокий процент летального исхода, которое можно списать на неизвестную эпидемию.

— Насколько американцы продвинулись в разработке?

— Трудно сказать. Но на примере лихорадки Эбола смертность среди черных африканцев девяносто процентов, в десятки раз больше, чем у белых. Что характерно, Эбола затронула те страны Африки, где в избытке полезные ископаемые.

— Меня интересует Украина.

— В последнее время на Украине зафиксированы вспышки инфекционных заболеваний, в том числе тех, которых не было долгие годы. Что характерно: фиксируется высокая смертность, но есть и выжившие. На наш взгляд, это испытания как вирусов, так и вакцин против них. Заразили — подлечили. На основе полученных данных разрабатываются новые более опасные штаммы вирусы.

— Мы можем с этим бороться медицинскими методами? Прививки, вакцины.

— Если враг нас атакует и застигнет врасплох — нет. Времени просто не будет.

— Какой видите выход?

— Требуется захватить образец вируса и документацию биолаборатории. Тогда появится шанс разработать вакцину.

— Как лучше уничтожить биолабораторию?

— Лучше всего термобарическим снарядом. Пламя в две тысячи градусов уничтожит любой вирус.

— Легко сказать! — подал голос Матохин. — Как я подгоню огнеметную систему в тыл противника? Ее радиус действия несколько километров.

Богданов переключил взгляд на командира спецназа.

— Что предлагаете?

— Операция сама по себе крайне опасна. Скрытно проникнуть, нейтрализовать охрану из мотивированных националистов, захватить объект, найти там то, не знаю что. А тут еще вирус! Если мои бойцы заразятся — вакцины нет! Мне придется пожертвовать группой? Это элита спецназа. И время на подготовку всего-ничего. Из всех вводных — только фотографии.

Матохин веером рассыпал снимки на столе и с сомнением прокомментировал:

— Девушка, снова девушка, какой-то качок и мельком объекты на заднем плане.

Богданов потянулся, придвинул снимки к себе.

— Вы зря так. Это смелая девушка, она нам помогает.

— Но в оружии и минах не разбирается. Я слышал, были потери.

Генерал-лейтенант разглядел на снимке парня с голым торсом и уверенно постучал пальцем:

— Я его знаю. Старший лейтенант Могилевский, служил у нас снайпером. Стал исполнителем заказных убийств по кличке Могила. После объявления в розыск скрылся на Украину.