Онлайн книга «Ядовитое кино»
|
Аглая Денисовна загасила сигарету и, развернув фантик, сунула в рот очередного «Мишку». Зверев поднялся: — Ну что ж, спасибо за интересные сведения, наверняка то, что вы мне рассказали, поможет нам в расследовании. И еще. Вы ведь тоже были на общем собрании в фойе, когда Качинский собрал всех накануне своего отравления. — Разумеется. — А после собрания куда вы пошли? — Сюда, в свою комнату. — И в фойе больше не возвращались? — Возвращалась, – женщина постучала пальцами по лежавшей у нее на коленях пачке. – Я в тот день забыла на стульчике свой «Camel». * * * Борис Иванович Дорохов встретил Зверева в халате и с большим хрустальным бокалом, до половины наполненным янтарной жидкостью. Майор, который неплохо разбирался в этом вопросе, по запаху определил, что народный артист пьет не особо народный, а прямо-таки элитный алкоголь, а именно – должным образом выдержанный коньяк, скорее всего, армянский. — Ого! Вот к нам и милиция пожаловала, – заплетающимся голосом пробасил артист. — Я вроде еще вам не представился. Как вы догадались, что я из милиции? Дорохов ухмыльнулся, ткнул в потолок указательным пальцем и погрозил кому-то невидимому: — Думаете, что только в милиции проницательные люди работают. Ан нет… Мы тоже умеем пользоваться дедуктивными методами… Да-а… Зверев покачал головой, и они прошли в комнату. В маленькой общажной комнатенке царил беспорядок. В углу стояли две коньячные бутылки, на журнальном столике лежал надкусанный плавленый сырок, повсюду валялись фантики от конфет и огрызки яблок. Тут же лежала пачка сигарет «Гвардейские», стояла доверху наполненная пепельница. Среди окурков, помимо «Гвардейских», были и окурки «Camel». Постель разобрана, повсюду лежали разбросанные вещи. Дорохов плюхнулся в кресло и указал Звереву на стул. — И все же как вы догадались, что я из милиции? – присаживаясь, переспросил сыщик. Дорохов тихо засмеялся и снова погрозил пальцем, на этот раз уже Звереву: — У вас пиджак оттопырен, наверняка там припрятан пистолет. — Не говорите ерунды, у меня нет при себе оружия. Дорохов махнул рукой: — А вас не проведешь! Ладно, признаюсь, что насчет пистолета я слукавил. Просто вас мне описали. — Кто? — Головин, перед тем как умотал в столицу. — И что же он вам про меня сказал? — Сказал, что делом об убийстве Качинского занимается очень уж стильный мужчина, некий майор Зверев, который выглядит как адвокат их кинофильма «Дело Прадайна»[2]. Глядя на ваш костюм и лаковые туфли, было нетрудно догадаться, что Зверев – это вы. Павел рассмеялся и поднял со стола скомканный фантик от конфеты. — За лестное сравнение – спасибо. А Головин вам только про мою внешность рассказал? Или жаловался, что я его в допросной долго мурыжил? Дорохов лукаво прищурился: — И снова в точку! Ругался на чем свет стоит! Говорил, что вы его что-то писать оставили, а потом про него забыли. Было такое? Зверев пожал плечами: — Это такой метод допроса. — Ко мне его тоже примените? — Это смотря как вы будете отвечать. Дорохов вытянулся, вскинул руку на манер пионерского приветствия и зычно рявкнул: — Обязуюсь говорить только правду, ничего не утаю! Зверев взял со столика фантик: — Любите сладкое? Дорохов поморщился: — Боже упаси. Разве что под коньячок… — Армянский, если не ошибаюсь? |