Книга Смерть под куранты, страница 65 – Валерий Шарапов

— Согласен, согласен… В любом случае советская шахматная школа одержит победу, кто бы ни выиграл. Это лучшая система подготовки шахматистов в мире. Никому мало не покажется!

— Да? – усмехнулся Лёвик, срубив первую пешку противника. – Что ж тогда она в семьдесят втором году подкачала, в Рейкьявике, когда Спасский продул Фишеру так крупно?!

— Это единственный случай в советской истории шахмат. До этого и после этого советские шахматисты надежно удерживали мировое первенство.

Наблюдая за шахматистами, Стас вспомнил, как оба – и Лёвик, и Антон – занимались когда-то в районном шахматном клубе, обоим прочили шахматную карьеру, да только почему-то не сложилось.

Сыщик вдруг уловил движение на втором этаже. Из комнаты Игнатенок выглянула… волосатая голова Макса. Оглядевшись по сторонам, журналист заметил смотрящего на него Стаса и приложил палец к губам. Дескать, не выдавай, земляк!

Мила, сидевшая лицом к Стасу, видеть его никак не могла. Шахматисты – тем более, они так были увлечены игрой, что не заметили бы и снежного человека, случайно зашедшего к ним на огонек.

Журналист старался не поднимать лишнего шума.

У Стаса едва не отвисла челюсть от удивления, когда он увидел, как Макс в одних трусах и босиком, с узлом одежды под мышкой, на цыпочках передвигается из комнаты Игнатенок к себе. Перед тем как войти, Макс еще раз сделал Стасу знак, мол, будь человеком, не закладывай.

Едва журналист скрылся в своей комнате, Стас перевел взгляд на Милу, потом на шахматистов и понял, что секретный «вояж наверху» остался никем не замеченным. Кроме него самого, разумеется. Но он не в счет.

После только что увиденного сыщик, прихлебывая чай, пытался лихорадочно как-то устаканить мелькавшие в голове мысли.

Ситуация напоминала анекдот. Макс как две капли воды напоминал любовника, которого застал врасплох муж, вернувшийся из командировки раньше запланированного срока. Только любовники обычно линяют через балкон, а не через дверь, в которую входят законные мужья.

Сказать, что Стас был шокирован, – значит не сказать ничего. Журналист, не так давно овдовевший, умудрился совершить короткий адюльтер, пока муж Жанны пил чай! Неподражаемо! Не вписывается ни в какие рамки.

Рисковал ли Макс? Не то слово! Лёвик мог подняться к себе в любой момент, и тогда пиши пропало… В конце концов, любой из игроков мог задрать голову. Хотя Макс был, безусловно, рисковый парень. Ему вечно недоставало адреналина, он то и дело искал приключений на свою пятую точку. Кажется, был единственным из класса, кто прыгал с парашютом. Это было сразу после возвращения из армии, насколько помнил Стас.

Рисковый-то рисковый, но не в направлении слабого пола. Здесь единственной дамой его сердца была первая красавица класса Леночка Чащихина, ставшая впоследствии Седых. Никаких других кандидатур близко не просматривалось.

И уж тем более – невзрачной пышечки Жанны Журавлевой, впоследствии ставшей Игнатенко. Ничего подобного сыщик не помнил. Ни в школе, ни после ее окончания. Конечно, подобные отношения не афишируют, тем более когда оба участника любовного тандема несвободны. Но шила в мешке, как говорится, не утаишь.

Разумеется, больше всего Стаса возмущала моральная сторона вопроса. Тело жены, как говорится, еще не остыло, а вдовец уже налево шастает. И как земля под ним не разверзлась!