Книга Гром над пионерским лагерем, страница 12 – Валерий Шарапов

Рук нет!!! И кто их всех пасти будет?! Доплачивать педагогам со стороны — невозможно! Разве оформить отношение в педучилище, позвать девчат на практику… но поздно, все планы согласованы. Попытаюсь. Но… до этого времени надо как-то продержаться. Снять кого-то с производства — нет. Та же Латышева, она нужна у станков…»

Ольга, увидев ее в окне, задрала голову, свистнула, сунув в рот пальцы, помахала рукой.

— Мама, принимай работу!

«Что ж, придется жертвовать своими», — поняла Вера. Она забрала из сейфа документы, за которыми шла изначально, и, поколебавшись, прихватила еще одну, нужную и тайную папку. Выйдя, закрыла кабинет.

Ох, что-то сейчас будет. Ведь предстоит объявить дочери, что отпуска у нее не будет. То есть не пойдет она ватагой в запланированный поход то ли вдоль канала имени Москвы, то ли в Загорск. Зря она накопила под кроватью консервы, насушила сухарей, накупила крупы. Напрасно выпросила у отчима его ужасно удобный трофейный вещмешок.

Не пойдет Оля — не пойдет и Коля. Верная Светка Приходько подругу не оставит… а между прочим, вот еще один воспитатель, Светик и так со всеми детишками района возится. Возможно, подтянется Настя Иванова, подружка Светки.

Так. Не пойдет Светка — без отпуска остается Канунников. А раз Латышева будет занята на производстве, то и она никуда не пойдет — и, надо полагать, и Рубцов тоже. Даже не из-за Тоси, а потому, что и все остальные останутся дома.

«А кому легко-то?» — подумала товарищ Акимова и, вздохнув, позвала:

— Ребята! Можно вас… на минутку?

Вера сначала похвалила и поблагодарила, и уже потом вылила ушат ледяной воды, сообщив новости.

Ребята выслушали, не перебивая и не возражая, — им все было понятно, но больно.

Ольга увяла, и Светка, всем всегда довольная, померкла. Канунников — тот был просто ошарашен, он известный любитель путешествий, у него хроническая охота к перемене мест. Рубцов лишь плечами пожал. Колька — ну это Колька, взрослым не понять, о чем он думает.

Только Латышева привычно возгорелась восторгом и принялась лопотать о том, как это правильно и как хорошо, что наконец будет такой замечательный детский дом… Ольга с раздражением поправила:

— Летний лагерь.

— Так еще лучше! Я с детками помогу…

— У тебя не будет времени, — заметила директор.

— Тем лучше, — проворчала Оля. Не жаловала она вечно восторженную Тосю. Меж бровей прорезалась складка, но дочь, не раздумывая, заявила: — Я готова. Сколько детей будет?

Мать с болью призналась:

— Не знаю.

Но Ольга сказала:

— Неважно… Ребята, вы как?

Колька ожидаемо пожал плечами: дескать, участвую. Рубцов спросил:

— Что с материалом?

— Все есть.

Рубцов кивнул. Канунников маялся, было видно, что ему хочется узнать подробности — прежде всего по оплате. Вера решила, что пора начать умолять:

— Товарищи, я понимаю, что нарушаю ваши планы, но совершенно не к кому обратиться за помощью, кроме вас.

— Да понятно все… — начал было Колька, но Вера перебила:

— Подожди, Николай. — И обратилась к Канунникову и Рубцову: — Ребята, отгулы я обещаю. В понедельник точно можете не приходить.

Рубцов начал было:

— Отгулы… ну что отгулы.

Канунников скривился и заявил:

— Только мы с молодняком возиться не станем.

За мать ответила Ольга:

— Да я тебя к детям на пушечный выстрел не подпущу. Ты их научишь, пожалуй, всякому.