Книга Ночь трех смертей, страница 85 – Валерий Шарапов

— Тут я с тобой согласен. – Паршин поднялся. – Нужно объявлять Вдовина в розыск, пока он новых бед не натворил.

* * *

Он вернулся к реке. На илистый берег быстро надвигались сумерки. Погода испортилась, пошел дождь, слишком холодный для июня, слишком навязчивый, чтобы приносить радость. Он сидел возле лодки, укутавшись в плащ-палатку, и трясся от холода.

Сегодня он чуть не попался. Какие-то доли секунды отделяли его от краха. Если бы он не среагировал так быстро, его приключение закончилось бы прямо здесь. Но он на такой расклад не согласен! Не для того он столько вытерпел, прошел такой долгий путь, чтобы снова оказаться там, в вонючем бараке, в окружении мерзких мужиков, которые за всю свою жизнь только и сумели, что попасться.

Нет, он не попадется, по крайней мере, постарается этого не допустить. Он умный, гораздо умнее остальных. Он уже столько раз выходил сухим из воды, что выработал в себе шестое чувство. Да, сегодня оно его чуть не подвело, но виной всему голод. Он так сильно хотел есть, что забыл об осторожности. Как тогда, с той красоткой…

Надо было быстрее разбираться с этой кошелкой, тогда бы осталось время, чтобы прихватить ее сумку. В сумке лежал кусок сыра, большая булка, промасленная бумага с чем-то пахуче-копченым и две молочные бутылки. Молочные продукты он не больно жалует, но с голодухи и кефир пойдет. Его ужин должен был оказаться королевским, учитывая ситуацию.

И что теперь? Теперь эта кобыла растрезвонит всем о нем, и ему снова придется плыть на чертовой лодке в неизвестном направлении, вдыхая едкий запах тины, натирая и без того сбитые в кровь ладони. А куда плыть? Куда вообще он идет? Зачем он куда-то идет?

— А все ты, мерзкий ублюдок! – повернувшись вполоборота к кустам, он со злостью плюнул на землю. – Не жилось тебе спокойно! Говорил ведь: не сопротивляйся, вместе нам проще будет выбраться из этих поганых лесов. Так нет, тебе, видите ли, западло с таким, как я, харчи делить! И чего ты добился? Чего, я тебя спрашиваю?

Ему никто не ответил – отвечать было некому. Корешка Ледоруба, у которого он украл идею побега, он замочил еще там, на зоне.

Как он на него смотрел в последнюю минуту своей никчемной жизни! За этот взгляд можно отдать правую руку! Сначала в глазах появилось недоумение. Как так, этот заморыш, маменькин сынок, вдруг бросился на него с заточкой и ударил в сердце? Как такое возможно?

А очень просто. Он был старательным учеником и анатомию человека изучал не только по школьным учебникам, но и в свободное от учебы время. Он потратил на это занятие много вечеров, просиживая в читальном зале занюханной библиотеки. Как нахваливала его библиотекарша, как пророчила ему большое будущее в медицине, а сама смеялась над ним втихомолку, считала занудой и зубрилой. Надо было и ее грохнуть, да только времени не хватило.

— Ничего, я и до тебя доберусь, – с тихой уверенностью в голосе произнес он. – Вот только выберусь из этих поганых лесов, и прямиком к тебе.

В животе заурчало, он со злостью пнул сапогом пустой холщовый мешок и грубо выругался. Надо отвлечься от голода, тогда ночь пройдет быстрее, а наутро он что-нибудь придумает.

Хорошо отвлекали мысли о корешке Ледорубе, и он вновь погрузился в воспоминания о том, последнем моменте. Недоумение во взгляде сменилось осознанием. Он наконец понял, что никто не собирался бежать с ним вместе, что его план попросту нагло украден. А зачем ему балласт в виде этого старикашки? Он ведь как рассуждал: не станет Ледоруба – ему достанется больше харча, больше денег, больше привилегий. И потом, кто обратит на него внимание, если он будет один? Кто испугается его внешности? Да никто! Последующие события лишь подтвердили его теорию. Подтвердили, но не во всем.