Книга Роскошная изнанка, страница 76 – Валерий Шарапов

— Бог знает что ты городишь. Ну какими еще показателями?

— Антропологическими, – не моргнув уточнил Олег, – пол, возраст, комплекция.

— Это еще про меня говорят: «ужом вьется», где уж мне, – сказал капитан, как бы в сторону, но потом отметил: – Что ж, это, конечно, не особо удачно, ее заявление было бы оптимальным поводом.

«И только-то», – Андрюха понял, что никого в этом помещении всерьез не волновала судьба внезапно пропавшей Натальи. Даже вот Яковлев озаботился не тем, что потерялась и сестра Маргариты, а тем, чем заменить заявление родственницы.

Денискин же, переночевав с этой бедой, теперь еще и заразился всеобщим спокойствием и уже чуть ли не с юморком думал о том, что все трын-трава, девицы просто так не пропадают.

Капитан между тем сообщил:

— Вот что, товарищи. На Шокальского, двадцать три, прозвучало кое-что интересное… кстати, товарищ Заверин, от ваших подопечных.

Участковый чуть настороженно спросил, от кого.

— От соседки Демидовых, Доброгорской.

— Жанны Иоанновны?

— Евгении Ивановны. И ее… кто он ей, племянник?

— Да.

— Ох, Заверин… хорошо, пусть пока так, родственные чувства – святое. В общем, и Доброгорская, и Галкин утверждают, что между Демидовой и Демидовым были конфликты.

— Вы имеете в виду какую Демидову – бывшую? – спросил Андрюха.

— Настоящую. Самую актуальную, – уточнил Яковлев, – в этой связи отправляйтесь туда, отберите у них показания уже под протокол. Под про-то-кол, это понятно, товарищ лейтенант?

— Кристально.

— И пусть вы сами все на свете знаете, но прошу особо: не припирать к стенке, а именно разговорить. Надо, чтобы прозвучало максимально информации – в том числе и об образе жизни Демидовой, понимаете?

— Так точно. Разрешите спросить: они ли были понятыми в этот раз?

— Нет, конечно.

— Очень хорошо, – порадовался участковый.

— Ну что тут хорошего – не ведаю. Но в любом случае имеется стойкое подозрение, что знают они куда больше, чем сказали мне. Причины уж сами додумайте, Олег Владимирович.

— Обязательно.

— Вот и хорошо. Выполняйте, жду докладов. А за рапорты – отдельное и большое спасибо. – Яковлев, чуть отставив от глаз бумаги, еще раз полюбовался на написанное.

— Эх, если бы товарищ лейтенант сам бы так писал, как вас заставил, – цены бы ему не было.

— А то нет, – ухмыльнулся Заверин, надевая фуражку. – Разрешите выполнять?

— Разрешаю.

Перед тем, как отправиться к дому двадцать три, Заверин предложил заскочить в магазин при хлебозаводе и купил единственный оставшийся там свежий торт, весь в таких розочках, что Андрюха чуть не захлебнулся слюной.

Когда они уже подошли к дому двадцать три, Олег притормозил и устроил еще одну летучку, куда более оперативную.

— Значит, так. Я иду сейчас к этим Галкиным-Доброгорским, выясню, что они недоговорили.

— А они могут?

— Могут, еще как. А ты, как и с самого начала рвался, шуруй по этажам, и вот что, – Заверин поднял глаза, осмотрел фасад, что-то прикинул, – пройди по всем этажам, исключая Маргары – там я сам. И особое внимание удели квартирам семнадцать, двадцать три и тридцать.

— Хорошо. А почему?

— Окна выходят на въезд во двор, и в числе проживающих – старушенции, не носящие очков, – пояснил Заверин, – зайдешь, поздороваешься и поинтересуешься – не въезжали ли числа девятнадцатого сюда во двор какие-либо машины. В особенности милицейские или такси.