Книга След на рельсах, страница 68 – Валерий Шарапов

Глядя, как вытягивается только что важно надутая физиономия, она совершенно не по-взрослому мысленно позлорадствовала: «Вот тебе, негодник, будешь еще задаваться» – и, вынув дежурный бланк, сказала:

— Будем писать протокол.

— Какой? – переспросил Лева.

Катерина с серьезным видом макнула перо в чернильницу:

— Как какой? О краже мяча у гражданина Миши Кочергина. Надо бы позвать его, чтобы опознал свой мячик…

Лева весь съежился: Мишка Кочергин – крупный, плотный парнишка, нрава по-медвежьи непредсказуемого, может навалять с горкой.

Катерина между тем еще больше усугубила. Отложив перо и подняв палец, она таинственно произнесла:

— А вот и он, тс-с-с-с! Слышишь, доска скрипит? Это такой сигнал: на нее всегда наступают, когда хотят войти, значит, уже близко. Он наверняка узнал, что мячик у тебя, и вот уже идет с заявлением о пропаже…

Лева запрыгал на стуле, попискивая:

— Дверь закройте, закройте дверь!

— Я закрою, – пообещала Введенская, прислушиваясь. А ведь и в самом деле кто-то пришел, надо поторопиться, а то мимо прошагает – и вся «операция» насмарку. – Говори быстро: ты разбил окно?

— Да-да.

— Пойдешь извинишься, скажешь отцу, чтобы вставил стекло?

Мальчишка замялся и промямлил:

— Отлупит…

— Я ему скажу, чтобы не смел, не по закону, – пообещала Катерина. – Ну?

— Да!

— Тогда сиди тихо, вот тебе бумажка, перо, пиши, что больше не будешь, – скороговоркой скомандовала она, вышла, плотно прикрыв за собой дверь.

В коридоре стоял какой-то человек и читал стенгазету.

— Вы к кому, гражданин? – строго спросила Введенская.

Гражданин дочитал заметку, повернулся и оказался Виктором Михайловичем Волиным. Чуть дернул гладко выбритым подбородком, указывая на стенгазету:

— Здравствуй, Катерина Сергеевна. Как служится – не спрашиваю, вижу, что хорошо. А вот это все-таки утилизируй, – указал пальцем на щит Волин и добавил: – Мне понравилось, а вот коллеги, может, и оценят, а может, и нет. Придется тебе к Грише Богомазу на хозяйственное идти, если возьмут, конечно.

— Ценю вашу заботу, – заверила Катерина. – Вы к Сорокину?

— К нему. Ты не волнуйся, я дорогу знаю, – кивнул Волин и пошел по коридору.

Катерина откнопила бессмертный опус «Дело о пропавших кроликах» и безжалостно разорвала на кусочки. После этого отправилась дожимать Леву. Предстояло еще сопроводить мелкого лгуна домой, чтобы предупредить его папашу о недопустимости ременного подхода к воспитанию.

…А Волин уже сидел в кабинете начальника отделения и излагал невеселые новости: совершено разбойное нападение на сберкассу в Сокольниках.

— Дело было перед обедом, в будни. Народу не было, постовой, как сказал, «отлучился».

— За папиросами отходил?

— Жена рожала, но это разговор особый. Возвращаясь, услышал выстрел, прибежал, в зале увидел убитого и пистолет.

— Нападавший сбросил оружие? – уточнил Сорокин. – Это что еще за новости?

— Согласен, странно, – подтвердил Волин, – но так и есть. Когда я прибыл на место, пистолет так и лежал.

— А деньги?

— И деньги лежали. Согласно данным, полученным от ревизоров, все до копейки на месте. Теперь о плохом.

— Будто до этого было хорошее, – заметил Сорокин.

— Согласен, но сейчас будет еще хуже, – пообещал Волин, вынул и положил на стол фотографию. – Вот, полюбуйтесь.

Сорокин, рассмотрев ее, весьма удивился: