Книга Холодное золото, страница 104 – Валерий Шарапов

— Их тоже находил отец, – ответил фигурист. – Он их искал через их московских знакомых. Люди этого сорта знают друг друга, они образуют свой подпольный синдикат. И какой-нибудь Арсен или Аркадий из Москвы мог назвать адрес магазина на Елисейских Полях, назвать имя хозяина. И я приходил туда не просто так, а с рекомендацией. И мог смело говорить с хозяином, торговаться, не боясь, что он вызовет полицию.

В ходе допросов выяснилась и роль Веры Найденовой. Отец с сыном не собирались ее ни во что посвящать – Сиротинин считал это опасным. Она была всего лишь партнершей, живой куклой, которая должна была выполнять сложные фигуры катания.

Однако, постоянно общаясь с отцом и сыном, слушая их разговоры, иногда и обедая с Лещинским в ресторанах, юная фигуристка постепенно стала разделять их взгляды, их отношение к жизни. Ее уже не привлекала только спортивная карьера, ей хотелось богатства, легкой жизни. Сиротинин заметил это, и когда настал критический момент и потребовалось заманить Егорова в ловушку, он обратился к девушке за помощью. И она сразу согласилась.

— Хорошо она вас развела, правда? – заметил Лещинский, когда зашла речь об этом эпизоде. – Я рядом стоял, все слышал. У нее так голос дрожал – я сам чуть не заплакал, честное слово!

— А больше она ни в чем не участвовала? – уточнил Егоров.

— Нет, больше ни в чем, – подтвердил фигурист. – Мы даже денег ей за этот звонок не давали. Ей просто хотелось вести такую же жизнь, как и мне.

— Скажи, ведь это твой отец убил человека по имени Петр Петрович? – спросил Егоров. – Того человека, который продал Леонидовой дорогое старинное ожерелье?

— Да, это тоже он, отец, – ответил Лещинский. – Он выяснил, что Петр Петрович видел его, знал, что отец следил за Леонидовой. Он мог на него донести. Кажется, он и собирался это сделать, он вас искал. Но не успел найти…

— А каким образом сам Сиротинин собирался перебраться на Запад? – поинтересовался Егоров. – Про тебя все понятно: ты бы поехал на очередные соревнования и там сделал заявление, что остаешься за рубежом. А с ним как?

— Ну, во-первых, была надежда, что со временем на соревнования вместе со спортсменами будут отправлять также и тренеров, – ответил фигурист. – Это бы сняло все вопросы. А если бы его не отпустили на соревнования, он собирался купить путевку в одну из соцстран – в Чехословакию, Болгарию, Югославию, – а оттуда уже перебраться дальше за рубеж. Он об этом много думал.

— Я вижу, твой отец вообще обладает выдающимися способностями организатора, – заметил капитан. – А он не думал, что с такими способностями он и здесь мог бы неплохо устроиться?

— Нет, у него была одна мысль – перебраться на Запад, – ответил Лещинский. – Он хотел стать не просто богатым человеком, а миллионером. Иметь собственную яхту, слуг…

— Скажи, а почему ему потребовалось меня убивать? – спросил Егоров.

— Ну, сначала он ваше убийство не планировал, – начал рассказывать Лещинский. – Сначала он надеялся перевести стрелки на Леонтьева. Для этого я и сдал жемчужные серьги в скупку…

— А откуда ты взял паспорт твоего друга Леонтьева?

— У отца есть свой человек в паспортном столе в Мытищах, – объяснил Лещинский. – Отец ему много платит, и тот готов изготовить любые документы – хоть паспорта, хоть водительские права, хоть наградной лист. Так вот, сначала отец надеялся, что он переведет стрелки на Игоря, его арестуют, и нам уже ничто не будет угрожать. Но вы каким-то образом разгадали наш замысел, не стали задерживать Игоря. И вообще вы слишком близко подобрались к отцу, сходили на «Динамо», где отца хорошо помнили. Надо было что-то делать, вот тогда он и решил вас убрать.