Книга Холодное золото, страница 30 – Валерий Шарапов

— Зачем столько эмоций, Семен Львович? – произнес он. – Никто не собирается отправлять вас в тюрьму. Я только указал на незаконный характер вашего заработка. Если мы с вами продолжим сотрудничество, то никакая тюрьма вам угрожать не будет.

— Вы это обещаете? – спросил Маркуша.

— Да, я это могу обещать, – твердо сказал капитан.

— Ну, в таком случае… – протянул Маркуша. – Тогда можете задавать ваш следующий вопрос. Кажется, вы говорили, что хотите с чем-то там определиться…

— Да, я хотел сказать вот что, – с облегчением произнес Егоров. – Давайте теперь определимся, какие люди еще бывали у Соколова, кроме любителей редких книг. Кого вы там видели, о ком слышали? Давайте, вспоминайте всех.

— Тут много имен придется называть. Ведь Борис был человек открытый, он терпеть не мог одиночества. Казалось бы, такое пристрастие к компании не сочетается с любовью к собиранию книжек, но у него это как-то сочеталось. И еще у него была одна страсть, которая вроде не свойственна книжному червю, – это спорт. Поэтому у него в квартире бывало много людей из этого мира, мира спорта.

— Соколов занимался спортом? – удивился Егоров.

— Нет, сам он серьезно спортом не занимался, – сказал свидетель. – Так, немного играл в настольный теннис, плавал, фехтовал, ездил верхом – всего понемногу. Но он был страстным болельщиком.

— Футбол или хоккей? – спросил Егоров.

— В основном хоккей. Но еще сильнее Соколов увлекался фигурным катанием. Следил за выступлениями танцоров, за парным катанием, был лично знаком со многими фигуристами.

— Понятно… – протянул Егоров. – А кроме спортсменов еще какие люди бывали в его доме?

— Очень разные люди. Актеры, режиссеры, музыканты, художники… Десятки разных людей.

— Что ж, я вижу, тут нам тоже не обойтись без составления списка, – со вздохом произнес капитан. – Вот вам листок… а лучше два листа бумаги. Садитесь и записывайте всех, кого вы видели в квартире Бориса Соколова. И здесь поступайте так же, как и со списком книголюбов, то есть указывайте имя, отчество, если знаете, фамилию, род занятий, место работы, телефон, адрес… Короче, меня интересует вся информация, которую вы можете сообщить об этом человеке.

И вновь в кабинете наступила тишина. Маркуша составлял свой «большой список», а Егоров продолжил писать протокол допроса. Эпизод, в котором он спрашивал о заработках Маркуши, а потом уговаривал его продолжить давать показания, он благоразумно опустил. Наконец составление списка было закончено, и капитан прочитал его, а затем приобщил к протоколу. А затем задал следующий вопрос:

— Скажите, Семен Львович, а почему в вашем списке нет иностранцев?

Маркуша широко раскрыл от удивления глаза:

— Каких иностранцев? Я у Бориса никаких иностранцев не встречал!

— Неужели среди его знакомых не было ни одного человека, приехавшего из других стран? Например, из Франции…

Маркуша развел руками:

— Кажется, один раз я встретил у Соколова режиссера из Польши. И это все, уверяю вас! Все-таки Борис не был так известен, как Никулин или Смоктуновский, иностранцы им не интересовались.

— Допустим. Тогда давайте осветим такой вопрос. Значит, вы доставали для Соколова редкие книги у разных людей. Но ведь он, наверное, не только покупал книги, но и продавал? Избавлялся от лишних?