Книга Холодное золото, страница 33 – Валерий Шарапов

«Что же это значит? – думал Егоров. – Где он спрятался, этот убийца во французских перчатках? Ведь он обязательно бывал и в той, и в другой квартире!» И тут он вспомнил слова о человеке, незаметном, как почтальон, человеке, которого никто не видит. «Нет, он не артист, – решил капитан. – Это кто-то другой… Но кто?»

Он понял, что не может строить какие-то гипотезы, пока не ознакомится с самым первым делом – с убийством дирижера Воскресенского. Он не мог ждать до завтрашнего утра!

Егоров нашел в деле адреса Жабкина и Хрусталева. Тяжелоатлет жил далеко, в районе Савеловского вокзала, а вот Жабкин обитал совсем неподалеку, на Ордынке. И Егоров направился в гости к театральному барышнику, который по документам числился страховым агентом. «Скорее всего, его дома не окажется, только зря время потеряю, – размышлял при этом капитан. – Он, скорее всего, где-нибудь у подъезда театра Вахтангова или на Таганке билеты толкает». И все же Егоров надеялся на свою удачу.

И он не обманулся в своих ожиданиях. Когда он поднялся на третий этаж старого дома постройки начала века (при невысоких потолках нынешних домов этот третий этаж был равен пятому) и нажал кнопку звонка, за дверью послышались быстрые шаги, и дверь распахнулась. Перед Егоровым стоял человек, который был одет для выхода на улицу.

— Вы Анатолий? – нетерпеливо спросил этот человек. – Это вы звонили полчаса назад? Вот вам два билета на…

— Нет, Жабкин, я не Анатолий, – проговорил капитан. – И ваши билеты мне не нужны. Я из уголовного розыска.

И он предъявил хозяину квартиры свое удостоверение.

На лице «страхового агента» отразилась крайняя досада.

— Да, я получил вашу повестку на завтра, – сказал он. – И я обязательно по ней приду. Но зачем же встречаться непременно сегодня? Сейчас мне нужно срочно идти: видите ли, у меня заболела бабушка…

— Точно бабушка? – уточнил капитан. – А не тетя? Или внучатая племянница? А может, вам срочно нужно нанести визит клиенту, чтобы заключить страховой договор? А живет клиент, как нарочно, напротив Большого театра…

По всей видимости, Валерий Жабкин был умным человеком. Он оценил ситуацию, понял, что этот молодой капитан, склонный пошутить, знает про его основное занятие. И он не стал настаивать на том, что ему необходимо срочно уйти.

— Хорошо, давайте поговорим сегодня, если это так срочно, – сказал он. – Проходите.

Оба сняли в прихожей верхнюю одежду и прошли в комнату, обставленную со вкусом. Егоров обратил внимание на буфет, сделанный, по всей видимости, еще в прошлом веке. Они сели за стол, капитан достал блокнот и сказал:

— Мне необходимо вас допросить по делу об убийстве дирижера Аркадия Юрьевича Воскресенского и ограблении его квартиры. Я знаю, что вас уже допрашивал по этому делу капитан Храпченко. Но теперь расследование веду я, и мне хотелось бы составить собственное представление обо всех обстоятельствах дела. Этот момент понятен?

— Да, понимаю, – коротко ответил Жабкин.

— Значит, Аркадий Юрьевич приходился вам дядей?

— Да, он брат моей мамы, поэтому у нас разные фамилии.

— И, как родственник, вы часто бывали у него дома?

— В детстве – очень часто. А в последние годы реже. Но, в общем, это был мой второй дом.

— Вы, разумеется, знали, что ваш дядя коллекционирует редкие монеты?