Онлайн книга «Палач приходит ночью»
|
Но нам повезло. Замаскировались мы капитально. Позиции выбрали хорошие. Через деревья было видно, как на просеке в полукилометре от нас взметнулись вверх костры. А через некоторое время, уже на исходе ночи, гудя моторами, зашел на посадку на вырубленную в лесу просеку, ориентируясь на посадочные костры, немецкий транспортный самолет. Крылатая тень на бледнеющем перед рассветом небе смотрелась фантастически. Вообще, самолет в этой обстановке — это не просто крылатая машина. Это еще и символ того, что о тебе не забыли. Что ты в общем строю. Встречающие и были в общем строю с «фрицами». Мы начали движение, сжимая кольцо. А потом послышался крик Логачева в рупор, который мы специально тащили с собой: — Вы окружены! Сдавайтесь! Тогда вам будет сохранена жизнь! Ответом послужил бестолковый огонь из стрелкового оружия. С нашей стороны врезал пулемет. Ночной бой — это просто кошмар. Палишь щедро всюду, где мерещится движение. Патронов не жалеешь. Иначе быстро ляжешь от шальной бандитской пули. После первых выстрелов самолет взревел своими тремя моторами, развернулся и попытался вырулить на взлет. Тут уж я рванулся вперед. Чернота. Вспышки выстрелов. Красные костры. Подсвечивающийся ими силуэт ревущего винтами самолета. Это был «Юнкерс», я видел такой в партизанах, когда мы присматривались к фашистскому аэродрому, но атаковать так и не смогли. А сейчас птичка сама шла в руки. Я швырнул гранату под шасси без особой надежды. И… Вот бывают же удачи! Грохнуло. Шасси подломилось. Самолет накренился, скребя крылом землю. Стрельба стала стихать. Послышались крики на русском: — Сдаюсь! Кто-то что-то проблеял на немецком… Живыми в итоге взяли одного летчика, пару пассажиров и с пяток бандеровцев. Выяснилось, что в этот знаменательный день националисты ждали в гости своих кураторов в лице оберлейтенанта абвера с диверсионной группой из десятерых «фрицев». Заодно самолет должен был привезти оружие, боеприпасы. Положили мы весь торжественный комитет по встрече, в который входили заместитель начальника областного провода ОУН Шершень и куренной в банде «Корни» по кличке Подхрамный — приближенный самого Звира. Притом куренной сам застрелился, когда стало понятно, что не скрыться. — Звир у немцев самый доверенный, — позже, когда уже отбывал от нас в область, пояснил Логачев. — Служит абверу верой и правдой. Поэтому диверсанты прибыли именно к нему. И снабжают его из-за линии фронта по первому разряду. Другие командиры обзавидовались. Потом не раз проходила информация, и мы выдвигались в леса, куда сбрасывались на парашютах очередные посылки с оружием и боеприпасами для бандеровцев. Слышали мы, что иногда садились самолеты с кураторами. Но такой удачи, как с тем «Юнкерсом», больше не подвернулось. Просто удивительное было везение: и что получили информацию, и что смогли подобраться к месту незаметными, и что не упустили этот чертов аэроплан с крестами. Фронт уходил все дальше, и советские войска уже ступили в Германию. А поток помощи бандеровцам все не иссякал. Самолет за самолетом методично доставляли необходимое. Немцы не забывали своих протеже. Их план оттягивать советские вооруженные силы на борьбу с националистами в тылу худо-бедно срабатывал. Вот только спасти Германию не удалось бы никому на свете… |