Книга Лесные палачи, страница 62 – Валерий Шарапов

Настоятель увидел, как начальник милиции майор Эдгарс Лацис и человек из Москвы в гражданской одежде, который, по дошедшим до него слухам, был офицером госбезопасности по фамилии Еременко, быстро провели рослого Пеле в здание милиции. Вскоре на улице остались лишь водитель Андрис и еще один пожилой милиционер. Но через минуту и они куда-то уехали на «Виллисе».

Впрочем, эти двое для ксендза никакого интереса не представляли, он перевел свой взгляд на окно, за которым горела слабая лампочка под зеленым абажуром. Разглядеть с такого расстояния, что происходит в комнате, было невозможно. Тогда Юстус Матулис поспешно вынул из стены кирпич, достал из открывшегося в нише тайника артиллерийский бинокль. Приложив прохладный металл окуляров к глазам, стал сосредоточенно наблюдать за действиями приезжих офицеров из Советской России по отношению к сидевшему посреди комнаты Пеле. Теперь люди благодаря биноклю приблизились к священнику на расстояние вытянутой руки, даже ближе, поэтому он мог разглядеть каждую черточку на их суровых лицах. Особенно отличался один из них, в звании майора. Единственное, что в эту минуту волновало настоятеля, так это то, что он не мог слышать их разговор. А по губам он читать еще не научился, так как от рождения ни глухим, ни немым не был…

— Значица, не будешь говорить, как вы с дружками брали лабаз? Как налет на кассу устроили? — между тем спрашивал Пеликсаса Орлов, остановившись напротив него, не вынимая сжатых в кулаки рук из глубоких карманов широких галифе, равномерно покачиваясь с носков на пятки своих начищенных до блеска хромовых сапог. — Или так и будешь продолжать лепить горбатого?

— Какого такого горбатого? — заинтересованно спросил бандит, взглянув на Орлова насмешливыми глазами. — Никакого горбатого я не знаю. Ошибочка вышла, гражданин начальник.

— Не знаешь, ну и бог с ним, — внезапно согласился Клим и вдруг неожиданно для Пеликсаса по-дружески похлопал его ладонью по плечу. — Ты не скажешь, твои дружки скажут. Можешь не сомневаться.

От его жеста Пеле настолько растерялся, что не сразу нашелся, что ответить, и запоздало дернул своим плечом, стараясь скинуть его руку. Но Клим, как видно, играя в какую-то свою непонятную для бандита игру, уже успел руку убрать и громко расхохотался, откидываясь корпусом назад.

«Чего это он так развеселился? — тотчас подумал настоятель, с тревогой наблюдая в бинокль за разговором, который неслышно для него проходил между задержанным Пеликсасом и майором. — Расколол, что ль, этого уголовника? Неужели он пошел с ними на сотрудничество? С него станется, чтобы сохранить свою поганую жизнь».

В это время на площади раздался гудок. Настоятель поспешно перевел окуляры бинокля вниз, с удивлением отметил, как из подкатившего к подъезду «Виллиса» выбрались Илзе в домашнем халате и ее подруга Цериба. В сопровождении милиционеров они торопливо направились в здание. От вида откровенного наряда Давалки святой отец замешкался, а когда вновь направил бинокль на комнату, где допрашивали Пеле, только и успел увидеть, как Орлов, на секунду приобняв бандита, быстро к нему наклонился, что-то произнес в его волосатое ухо и сейчас же отошел в сторону, как видно, удовлетворенный разговором.

«Точно пошел на сотрудничество с Советами, — опалила неприятная мысль ксендза, и он быстро перекрестился: — Господи Иисусе! Спаси и сохрани!»