Книга Чужие грехи, страница 13 – Валерий Шарапов

Третьим появился Денис Шабанов: вошел, хлопнул дверью, поздоровался:

— Утро в хату, товарищи офицеры, чего такие нерадостные? – добрался до своего стола и, развалившись, заразительно зевнул. Посмотрел на часы, удовлетворенно кивнул: успел. Достал из пачки сигарету, стал ее разминать. Теперь и покурить можно.

Ровно в восемь отворилась дверь и, кашляя, источая запах перегара, вошел капитан Николай Крюгер – как всегда, неряшливый, обрюзгший, с пустыми глазами. Под дружное молчание собравшихся он дошел до своего стола, сел и с тяжелым вздохом обхватил голову. Товарищи переглянулись. Капитану Крюгеру едва исполнилось сорок, но выглядел он на все сто. Одиночество и пьянство добили хорошего человека. На работе он еще держался, но в свободное время тормоза отказывали – напивался в дым. Работник при этом был ценный, сыщик от бога, но вот это пагубное пристрастие…

Год назад Крюгер потерял жену – благоверная погибла под колесами лихача, переходя дорогу. Преступника не нашли – только успели заметить «Жигули» первой модели. Искали неделю, опрашивали очевидцев, проверяли все машины со свежими вмятинами. Нужный автомобиль как в воду канул. Дело осталось нераскрытым. Крюгер лично искал виновника аварии, не спал, рвал жилы, но дело так и не сдвинулось. Словно призрак поработал, не существующий в реальном мире. После этого капитан покатился по наклонной, стал пить, замкнулся. Обязанности выполнял, но через раз и без огонька. Сдал партбилет – к счастью, без последствий. Сына забрала теща и увезла в отдаленный район области.

— Николай Акимович, ты в порядке? – осторожно спросил Алексей. – Нельзя же так пить, право слово. Нарвешься когда-нибудь, спишут к чертовой матери…

— Спасибо партии родной, – хрипло проворчал Крюгер, – вчера не выпил ни одной…

— А чего же от тебя так несет? – удивился Островой.

— В субботу выпивал… – Капитан поднял голову, обвел пространство мутным взором.

Шабанов присвистнул:

— Ни хрена ты оторвался, дружище… В натуре, Николай Акимович, завязывай бухать. Мы тоже не дураки накатить, но с головой-то дружим.

— Ты хоть что-то делаешь, чтобы стать нормальным человеком? – спросил Островой.

— Пью за это… Ладно, отвернитесь, в норме я, – Крюгер передернул плечами, как-то резко мотнул головой. – Чай есть в этом доме?

— А то ты не знаешь, – ухмыльнулся Разин. – Сам заваришь, няньки кончились. А Лидия Александровна сегодня задерживаются.

На этих словах распахнулась дверь и возникла гордость и краса отдела – старший лейтенант Лидия Александровна Белозерская. Эффектная тридцатилетняя брюнетка – а сегодня даже в форме. Она имела симпатичное, хотя и несколько надменное лицо.

Буркнув «здрасьте» и задрав нос, Лидия Александровна прошествовала к своему столу и грациозно села. За ее перемещениями следили четыре пары глаз. Даже Крюгер выбрался из болезненных переживаний и навел резкость.

— Насмотрелись? – спросила Лида. – А теперь за работу, товарищи.

— Вы прямо как на парад, Лидия Александровна, – подметил Алексей. – Мы что-то пропустили? День милиции вроде в ноябре. Или надеть нечего?

— Гы-гы, – осклабился Шабанов.

— Как смешно, – передразнила его сотрудница. – Вам бы поменьше язвить, Алексей Егорович. Куда это вы дружно вляпались в пятницу? Думаете, мы не знаем? Земля слухами полнится. Вот вернется Виктор Павлович с планерки, за ним примчится подполковник Сергеев, и будем вас… Впрочем, не будем называть вещи своими именами. Куда идти, Алексей Егорович? – Лида вскинула голову.