Книга Элегия, страница 17 – Лу Цюча

Встретить меня вышел компаньон лет тридцати – сорока. Он сказал, что хозяин занят с другим клиентом и просит меня обождать.

Я закурила и осталась ждать у двери. Спустя две выкуренные сигареты дверь снова распахнулась, из комнаты вышел мужчина средних лет в европейском костюме. Его каменное лицо было испещрено оспинами, и все-таки он не мог скрыть счастливое выражение. В правой руке он держал пухлый портфель. Вслед за ним вышел тот же самый компаньон и проводил его вниз.

Дверь никто не закрыл, я затушила сигарету и вошла.

Мой сосед Дин Сань сидел, вытянувшись, на кресле из красного дерева, спрятав обе руки в широких рукавах темно-синего «магуа»^[17], словно спасаясь от холода, но при этом тяжело дышал, как мопс жарким летним днем. Увидев меня, он для приличия поднялся, а когда я села на стул рядом с ним, опустился обратно в кресло.

Вблизи я заметила, что губы у него потрескались, нос припух, кожа пожелтела, а лоб и подбородок покрылись сыпью. С нашей последней встречи он сильно постарел. Похоже, слишком много желающих приходили за деньгами, и он совсем замотался. Если депрессия продолжится и дальше, Дин Сань и его товарищи-ростовщики того и гляди заработаются до смерти.

Прежде чем заговорить, он несколько раз откашлялся, с хрипом отхаркивая мокроту, и сплюнул в стоящую на столике пиалу. Стало даже жаль, что я не врач и не могу выписать ему рецепт на лекарство для очищения легких.

— Госпожа Лю, рад вас видеть! С чем пожаловали, прошу, не стесняйтесь! – Его голос звучал глухо, будто что-то мешало говорить. – Мы с вами уже столько лет соседи, скажите, сколько хотите занять, – все решим.

— Господин Дин, я похожа на человека, кому срочно понадобились деньги?

— Ну, ко мне приходят не поститься и не Будде молиться. Или желаете познакомиться с моим ремеслом поближе?

— Я просто хотела бы узнать, занимал ли у вас деньги хозяин кинотеатра господин Цэнь.

— Который из кинотеатра «Золотой феникс»? – Дин Сань наклонился в мою сторону и положил руку на разделявший нас квадратный столик. – Приходил с месяц назад, но я ему отказал.

— Сколько он просил?

— Откуда же я помню? Но сумма немаленькая.

— А почему не ссудили?

— Потому что я знаю, он не вернет. К тому же я слышал, он и к другим ходил за займами.

— Отчего у него такие трудности с деньгами?

— Дела в кинотеатре идут неважно, и на спекуляциях он прогорел. В том году на улице Цигань открыли новый кинотеатр, там и аппаратура получше, и ремонт покрасивее, даже стулья – и те удобнее. Какая новая картина выходит – сразу там показывают, и сколько воды утечет, прежде чем в «Фениксе» появится. И как тут «Золотому фениксу» процветать, сами подумайте?

— Вы ходили в тот новый кинотеатр, господин Дин?

— Не ходил, компаньоны мои рассказывали. Молодежь, они кино любят, а я не очень. Какой толк сидеть, зажавшись в толпе, в кромешной тьме? Да и билеты недешевые…

— Значит, вы мудро поступили, что не ссудили ему деньги. Я только что была в «Золотом фениксе». Кинотеатр закрыт, говорят, заложен банку. Вся семья Цэней скрывается от кредиторов.

— Это кто-то из ростовщиков нанял вас найти его?

— Можно сказать и так, – сказала я. Лгать, ничем себя не выдавая, – тоже часть моей работы. – Я подумала, если бы он и вам был должен, я бы нашла его и сначала привела к вам рассчитаться, а потом уже – к моему нанимателю. Но раз вы не давали ему денег, то и хорошо.