Книга Операция «Барбадосса», страница 75 – Майк Логинов

— Привет, Рэй, — раздался у меня за спиной низкий голос. — Как поживаешь?

— Спасибо, все нормально. — Я чмокнул Джен в щеку.

— Слышала, ты процветаешь.

— Ну, слухи о моем процветании, возможно, несколько преувеличены, но в целом дела идут неплохо.

— А что это за тип явился с тобой? — спросила Джен, кивнув в ту сторону, где я оставил Гречко. — Он, кажется, уснул в кресле.

— Как? Опять? — всплеснул я руками. — Этот парень все время вырубается.

— Он что, пьян?

— Да, малость накатил с утра.

— Ясно. Так чем я могу тебе помочь, Рэй?

— Надо переодеть этого господина во что-нибудь приличное.

Джен обернулась и с минуту внимательно разглядывала дрыхнувшего профессора.

— Н-да. Выглядит он довольно экзотично, — сказала она наконец. — Где ты его откопал?

— Это выражение неправильно описывает то, что произошло, — ухмыльнулся я. — Не я его откопал, а он свалился мне на голову.

— Кто же он?

— Если совсем коротко, эксперт. Консультировал нашу компанию, а потом меня попросили показать ему город.

— Никогда не видела экспертов в таких жутких костюмах!

— Поэтому мы здесь, Джен.

— Понимаю. Так что вам нужно?

— Думаю, все, начиная с носков. Я плачу.

— А говоришь, не процветаешь! Но для начала нам надо привести этого господина в чувство. Кэти! Кэти, сделай кофе для наших гостей, пожалуйста! И покрепче!

Следующие два часа я потом вспоминал с удовольствием. Гречко был совершенно очарован женщинами «Вагабонда». Джен и ее стройная помощница Кэти обращались с ним как с большой мягкой игрушкой. Они его одевали, раздевали и снова одевали, поворачивали так и эдак, заставляли то встать, то сесть. Профессор беспрекословно выполнял все команды и был готов принять из рук Джен все что угодно. Я развалился на диване и наслаждался тем, что с меня на время сняли ответственность за происходящее. Иногда Джен спрашивала мое мнение, и я говорил да. Или нет. И тогда между нами вспыхивали споры, и мы призывали Кэти рассудить нас. И надо отдать должное этой милой девушке — она не всегда брала сторону хозяйки. В итоге через два часа перед нами стоял мужчина в темно-синем пиджаке, свободных серых брюках, белой сорочке и коричневых туфлях. О прежнем профессоре Гречко напоминали только очки в роговой оправе и налезавшие на уши седоватые патлы.

— Подстриги его, — шепнула мне Джен.

— Окей, — ответил я. — Отведу его сейчас в барбершоп.

Я расплатился, но мы еще долго прощались с Джен у выхода из магазина. Гречко все время кланялся и пытался поцеловать хозяйке магазина ручку, пока, наконец, я не вытолкал его вон.

Обвешанные пакетами, мы вышли на улицу и столкнулись нос к носу с Тадеушем Кржеминьским. Поляк с деловым видом шел вниз по улице, держа под мышкой коробку с шахматами. Мы не виделись с ним несколько недель — после того как выяснилось, что все его научное барахло пропало, я малодушно избегал Тедди. Я бы и сейчас предпочел не говорить с ним, но разминуться у нас не было никакой возможности. Я внутренне сжался и приготовился к еще одному неприятному разговору с вулканологом.

— Добрый день, Тедди! — постарался сказать я как можно любезнее. — Как поживаете?

— Здравствуйте, Рэй! — рассеянно ответил ученый.

— Послушайте, Тадеуш, я честно пытался узнать, что случилось с вашим оборудованием, но… — начал я, но с удивлением заметил, что Кржеминьский не слушает, а пристально смотрит куда-то мимо меня. Я обернулся и понял, что поляк внимательно разглядывает профессора Гречко. Тот стоял в метре от меня и терпеливо ждал, когда я закончу разговор и мы сможем двигаться дальше.