Книга Свинцовые ливни. Том 1, страница 97 – Мила Бачурова

— Ай!

— Терпи, — повторил Яшка.

Рокси стиснула зубы.

Яшка наносил мазь уверенно и быстро. Чёткими, экономными движениями — он всегда так двигался. Постороннему человеку, заставшему Яшку в момент, когда никуда не надо бежать, он, должно быть, показался бы образцом расслабленности. То, как стремительно умеет переходить из этого состояния в боевую готовность, Яшка демонстрировал немногим.

— Мелкая ты, — вдруг с досадой обронил он.

— Чего?! — возмутилась Рокси.

— Для мота такого — мелкая, — пояснил Яшка. — Нам-то с парнями туго, машины всё-таки на взрослых мужиков рассчитаны.

— В костюмах — мускульное усиление!

— Да ясный день. Без костюма ты бы его вовсе с места не сдвинула... Сколько в тебе? Пятидесяти кило, небось, нету?

— Есть во мне пятьдесят! Ну, почти.

— Почти? — Яша вдруг обхватил её поперек живота. Встал и приподнял над сиденьем.

Рокси задрыгала ногами.

— Отпусти! Ты что себе позволяешь?!

— Ну, «почти», может, и есть, — садясь обратно, хмыкнул Яшка. — Как пол-литра — почти литр... Короче. Другой мот тебе нужен, — неожиданно заключил он. — Тогда ссаться перестанешь, — и снова взялся за мазь.

— Ой! — это Рокси почувствовала, что Яшка сбросил с плеча лямку лифчика. — Что ты делаешь?!

— Блин, да не дёргайся. — Несколько быстрых касаний, и лямка вернулась обратно. — Хотел бы раздеть, давно бы раздел... Сиди спокойно.

Вспыхнувшая Рокси замерла. Постаралась держать голову так, чтобы Яшка не видел, как она покраснела.

— Всё, — спустя минуту объявил Яшка. — Погоди маленько, чтобы впиталось, и можешь одеваться.

— Спасибо. — Рокси по-прежнему смотрела в сторону.

— Храни тебя Одиннадцать. — Яшка отошёл, плюхнулся на сиденье напротив. Затянулся трубкой.

— Яш, — не выдержала Рокси.

— У?

— А почему ты за мной вернулся? Дэн же сколько раз говорил, что возвращаться нельзя.

— Дэн до фига чего говорит, — Яшка пыхнул дымом. — У Дэна вместо башки — счётный аппарат, вроде тех, что в супермаркетах покупки чекают. Вот он и считает — как надо, да как не надо... А я просто знаю, что своих бросать нельзя. Расшибись, а вытащи. И если есть в этом сраном мире хоть что-то, о чем нужно париться, так это оно. Вытаскивай своих, да молись Проклятым, чтобы обнесли — вот тебе и весь счёт.

— Ты что, верующий? — изумилась Рокси.

Яшка ухмыльнулся:

— Рад бы в рай, да грехи не пускают... Мой народ не молится. Один я дурак — услышал Стражей, и запало в душу.

— Стражей? — Рокси изумилась ещё больше.

— Ну, не их самих, конечно, — поправился Яшка. — Проповедник бродячий к нам забрёл как-то... Святые Стражи, верую вам, уповаю на вас, — изменившимся голосом проговорил вдруг он. — Вернитесь с небес, принесите разум! Верните рассудок, откройте глаза! Дозвольте увидеть, помогите познать. Всем, кого вижу, всем, о ком помню. — Помолчав, закончил: — Наши так офигели, что того блажного даже гасить не стали. Бока помяли, да выпнули. А мне вот запало, что он говорил.

— Я никогда ничего подобного не слышала.

— Дак, ещё бы ты слышала. В цветных округах в Стражей не верят. У вас своя вера — в Департамент здоровья. А в Милке, в Тине — там до Стражей высоко, до врачей далеко. Вот и молятся.

— А ты был в Тине? — изумилась Рокси.

— Не! Ты чего? Это ж закрытая территория.

— Опять врёшь... — Рокси вздохнула.