Книга Смерть на кончике ножа, страница 46 – Елена Терехова

— Да, а если повезёт с соседями, как нам, так и вовсе покажется, что живёт себе семья, и ладно. – Алевтина пригласила женщин в свою обитель и включила конфорку, на которой стоял большой эмалированный чайник.

Соседи жили без особого шика. На кухне – две электроплиты, два стола, навесные полки и шкафчики для посуды. В комнате Киселёвых – встроенный деревянный шкаф, занимающий целый угол, рядом с ним железная кровать с панцирной сеткой, на стене возле кровати плюшевый ковёр с оленями. У длинной стены – большой обеденный стол, под ним – три табуретки с металлическими ножками и резиновыми насадками у основания, у окна – чёрно-белый телевизор на сколоченной из досок тумбочке, у стены напротив – диван-книжка, на котором, скорее всего, спали хозяева. Книжная полка, несколько фотографий… Да и не очень-то размахнёшься, когда на восемнадцати квадратах обитает семейство из трёх человек.

— Я уже несколько дней как холостячка, – с лёгкой улыбкой проговорила хозяйка. – Мужа отправили в командировку, а сын, как только каникулы начались, умчался к маме моей в деревню. Его теперь до первого сентября в город калачом не заманишь. Да вы присаживайтесь, в ногах-то правды нет!

Она засуетилась, рассаживая гостей и накрывая стол к чаю.

— Как чувствовала, пирог яблочный испекла. Угощайтесь, он у меня по особому рецепту. – На клеёнке расположились вазочки с вареньем, магазинное печенье и блюдо с румяным ароматным домашним пирогом.

Острым ножом пирог разделили на несколько кусков, каждый из которых содержал в себе солидную яблочную начинку и тонкий слой теста, похожего на крошку.

— Как же такая красота называется? – Елена, как самая большая из подруг любительница сладкого, не оставила чудо кулинарного искусства без внимания.

— Это «Московский стругаль», его ещё моя бабушка готовила, – зарделась Алевтина. – Рецепт очень простой, если хотите, я вам потом напишу, а пока – пробуйте.

Подруги пили чай, не зная, с чего начать разговор.

— Скажите, вы давно знаете семью Семёновых? – наконец решилась Борисова.

— Да лет пять уже, как она из своего посёлка сюда переехала. Мы в бараке соседями были, тоже во временном жилье, потом вот в это общежитие также вместе переехали. Мужу на следующий год обещают дать квартиру…

— Какой была Елизавета? По работе мы её знали, а вот в быту… Какая она мать, соседка? Был ли у неё кто-нибудь? Я про мужчину.

Лицо Алевтины снова поплыло. Она сложила руки на груди и после небольшой паузы произнесла:

— Мне кажется, она кого-то боялась в последнее время. Вот примерно за месяц до… этого… стала какая-то дёрганая, всё твердила, что уедет на Урал, купит себе там дом и будет жить спокойно. Я всё её приземляла, говорила, мол, ну что́ и на что́ ты купишь? На свою зарплату – дом?

— Ну мало ли, может, ей родственники помогали? – предположила Ксюша.

Алевтина со вздохом посмотрела на девушку.

Лиза приехала в Междугорск из маленькой деревушки в Новосибирской области с дочкой на руках. Мать-одиночка, такой трудно устроиться в жизни, если на самотёк всё пустить, но молодая женщина понимала – надеяться ей не на кого. Родителей давно нет на свете, у старшей сестры своя семья, двое пацанов подрастают, от неё помощи не дождёшься, всё придётся строить своими силами. Она и строила! Работала, после работы калымила – в автомобильных кооперативах гаражи штукатурила, в квартирах побелку или покраску делала, не ленилась. А ещё увлекалась бальными танцами. Хоть и начала поздно, ей ведь уже за двадцать, а преуспела: в паре со своим партнёром всю область объездила и даже в Москве побывала.