Книга Смерть ранним утром, страница 141 – Геннадий Сорокин

Тесть вернулся из Москвы в ярости:

«Мы, исследователи наследия Ленина и Маркса, в московский ресторан попасть не могли, а какие-то проходимцы в нем каждый день сидят. Где справедливость?»

«Как где? — удивился я. — Вы пишете заумные статейки, которые в партийных журналах читают только специалисты по марксизму-ленинизму вашего уровня. Простые партийцы ваши труды не читают, а фильмы о Ленине вся страна смотрит. Его бюсты в любом красном уголке стоят».

«Согласен, — говорит тесть. — Свои деньги они честно заработали. Непонятно вот что: зачем же баснословные гонорары так демонстративно тратить на непотребство, на разгульный образ жизни?»

«Отлично поработал — культурно отдохни! Кажется, к этому нас призывает партия? Вот они и отдыхают, как умеют».

— Вряд ли эти мужики каждый день в ресторане напиваются, — сказал Абрамов. — Если с вечера хорошо выпить, то наутро работоспособность будет на нуле.

— Не будем обсуждать людей, которых мы не знаем! — предложил Агафонов. — Я этим рассказом что хотел сказать: не только Клопов жил в параллельном мире. Вы видели, как выращивают чайный гриб? Внизу в банке какая-то мутная жидкость, над которой слоями плавает целебный гриб. Эти слои и есть параллельные миры, которые существуют вокруг нас и будут существовать, пока на свете есть деньги. Другое дело, что эти миры — разные. Кто-то честно зарабатывает на пьянство в ресторанах, а кто-то на продовольственной базе молоко водой разбавляет.

— Где же в этой банке наш мир? — спросил Сизиков.

— Наш мир — это жидкость, из которой слои гриба высасывают все соки.

Абрамов не был согласен с такой трактовкой социалистического бытия, но за столом спорить не стал. Чтобы избавиться от скверны и очиститься под целебными ультрафиолетовыми лучами от плесени и грязи, налипшей к нему за время расследования дела Клопова, он нашел в городе квартиру и при первой же возможности пригласил на свидание Оксану Крейзель.

Тело Тимошенко Дмитрия, выдававшего себя за племянника Клопова, не найдут. Обстоятельства его убийства останутся невыясненными.

Стояло чудесное августовское утро. Погода была просто замечательной! По аллеям парка на окраине столицы неспешно прогуливались генерал Алешин и его коллега, генерал-майор КГБ. На некотором расстоянии от них шли охранники: два человека впереди и двое сзади. По штату ни Алешину, ни генералу КГБ личная охрана не полагалась, но они могли позволить себе взять сопровождающих лиц в частном порядке. Алешин, например, вызвал с собой на прогулку двух прапорщиков-спецназовцев из подчиненного ему конвойного батальона.

Место встречи генералов было выбрано не случайно. В будни утром в парке не было прохожих. Обычные москвичи в это время трудились на производстве, а сердобольные бабушки еще не успели вывести внуков на прогулку. Клены и тополя, растущие вдоль аллеи, надежно защищали генералов от микрофонов направленного действия. Их разговор не мог подслушать никто: ни контролеры из контрразведки КГБ, ни иностранные шпионы.

Алешин и генерал КГБ неспешно шли по аллее, наслаждаясь утренней прохладой и пением птиц.

— Бог велел делиться! — негромко сказал чекист.

— У вас отличный итальянский плащ, — поддержал идею Алешин. — Мы — одной комплекции. Давайте поделимся! Ваш плащ мне подойдет.