Книга Черное сердце, страница 45 – Геннадий Сорокин

Ночью мне снился городской парк культуры и отдыха. Чернокожие повстанцы в камуфляжной форме рыли окопы вокруг колеса обозрения, выкладывали на бруствер гранаты. Метрах в ста от них, у трансформаторной будки, мужчины в белых балахонах устанавливали пулемет в проем между мешками с песком. Увидев меня, противоборствующие стороны бросили работу, стали тыкать в мою сторону пальцем. «Эй, ты! – крикнули от трансформаторной будки. – Или лицо сажей намажь, или балахон надень! Шляются тут всякие, не дают делом заняться». Я не стал спорить и вышел из горсада.

Проснувшись, я вспомнил сон. «Ха! – подумал я. – Кабинет машин и оборудования не самое плохое место для встречи с женщиной, если ты мужчина приметный и тебя за версту видно».

В пятницу вечером я был у Шаргунова. Случайно или нет, но в его кабинете находился Клементьев, у которого в родном отделе дел было полным-полно.

Геннадий Александрович с самого утра был в скверном расположении духа. Близился конец квартала. Отдел шел с минимальным перевыполнением плана, резервов поднять процент раскрываемости почти не было. Любое серьезное преступление могло обрушить все показатели. Было от чего первому заместителю начальника Заводского РОВД пребывать не в духе!

Шаргунов же, напротив, был настроен оптимистично и даже весело. Его отдел и план перевыполнял, и резервы имел.

Меня усадили за приставной стол, разрешили раздеться и закурить. На этом гостеприимство закончилось. Ни чая, ни печенья к чаю не предложили.

— Мне вспомнился роман «Незнайка на Луне».

После такого моего вступления Клементьев помрачнел еще больше, а у Шаргунова появилась снисходительная улыбка. Он еще не догадывался, какой «сюрприз» я припас для него.

— В книге Николая Носова полиция на Луне лупит коротышек электрическими дубинками налево и направо, только искры летят. Я поинтересовался: таких дубинок ни у нас в стране, ни на Западе нет. Но в сельском хозяйстве в капиталистических странах применяется «электрический хлыст» – переносной прибор, воздействующий на непокорных животных слабым разрядом тока. Если током можно взбесившемуся быку мозги вправить, то человека при определенном стечении обстоятельств можно убить.

Благодушная улыбка сползла с лица Шаргунова, он посерьезнел.

— Ты хочешь сказать, что у нас по городу разгуливает человек с «электрическим хлыстом» в кармане? Подойдет к первому встречному и разрядит ему в лоб?

— В кармане или нет, не знаю. Я не представляю, какой величины этот прибор. Возможно, для его переноски потребуется дамская сумочка или портфель, но то, что такой прибор существует и Пуантье был убит им или его аналогом, сомнений не вызывает.

— Вот черт! – воскликнул Клементьев. – Читал я эту сказку сыну лет пять назад, когда он еще в школу не пошел. Помню я про дубинки, но сказка есть сказка! С реальностью она трудно увязывается. Хотя… Сейчас, когда Андрей рассказал о применении «электрического хлыста» в скотоводстве, вспомнился один американский фильм. Шел он в выходной день по первому каналу. О чем, я уже не помню, но один момент вижу как сейчас: в американской глубинке проходит родео, ковбои соревнуются, кто дольше усидит на быке. Положительный герой садится на быка, готовится к выезду на арену. Злодей, тоже ковбой, но из другой команды, подкрадывается сзади и бьет быка током. Бык сбрасывает положительного ковбоя, несется по арене, все громит. Приборчик у злодея был небольшой, как электрический фонарик с квадратной батарейкой. На один разряд для быка хватило. Версия с «электрическим хлыстом» правдоподобная, только у нас не Америка, на базе снабжения сельхозмеханизации такой прибор не купишь.