Книга Убийство в садовом домике, страница 125 – Геннадий Сорокин

Аркадий Абрамов и Светлана Абызова сидели у нее на кухне, пили чай. Они познакомились давно, когда Абызова была еще замужем, но уже встречалась с Палицыным. Встретились они случайно, в квартире общей знакомой. Аркадий искал покупателя на новенькие женские финские сапоги, а Абызова как раз хотела купить такие, но размер не подошел. Через день Аркадий принес новой знакомой сапоги нужного размера и продал с хорошей скидкой. Так началось их взаимовыгодное сотрудничество. Аркадий чинил частным порядком холодильники по всему городу. Некоторые клиенты предлагали ему вещи на продажу. Аркадий брал их под реализацию и продавал с небольшим наваром другим клиентам. Знакомство с Абызовой открывало для него новые перспективы: через гинекологическое отделение, где работала Абызова, проходило много состоятельных женщин, не желающих тратить время на поиски нужной вещи на базаре. На городском вещевом рынке, называемом в простонародье «барахолкой», было невозможно ни сапоги толком примерить, ни джинсы на себя надеть. Все покупки совершались на глазок и частенько после примерки уходили перекупщикам для новой продажи. Мощным стимулом в развитии их отношений стало знакомство Аркадия с директором промтоварной базы. Оказывается, на эту базу для реализации через торговую сеть поступали дефицитные вещи: импортные джинсы, женские зимние и осенние сапоги, болоньевые плащи, модные итальянские батники и мужские туфли «Саламандра». Система купли-продажи заработала так. Директор давал Аркадию для продажи индийские джинсы, которые, оказывается, имели государственную цену – 80 рублей. В магазинах такие джинсы не появлялись, и народ даже не догадывался том, что у них есть госцена. Аркадий продавал или давал на реализацию джинсы Абызовой за 120 рублей. Светлана продавала их за 135 пять. На базаре они стоили 150. Конечный покупатель выигрывал 15 рублей, но если нуждался в деньгах, то сам мог их продать на вещевом рынке за полную цену. Директору базы Абрамов платил за товар 100 рублей, двадцать оставлял себе. Директор базы отправлял в магазин фиктивную накладную и прикладывал к ней 85 рублей. Директор магазина платила в кассу 80 рублей, остальные оставляла себе. Продав только одни импортные джинсы, никто в цепочке спекулянтов не оставался внакладе: директор базы, палец о палец не ударив, получал 15 рублей, директор магазина – пятерку, Аркадий Абрамов, как главное звено в цепи, имел с продажи 20 рублей, Абызова – 15. Все были довольны такой схемой, все имели свой куш.

Аркадий Абрамов политэкономию капитализма не изучал, но эмпирическим путем выяснил, что в бизнесе, хоть в легальном, хоть в нелегальном, друзей быть не должно. Друг может попросить сделать скидку на товар, и ему будет неудобно отказать. Если друзей много и каждому из них сделать скидку, то можно и без штанов остаться. Абызова в мединституте политэкономию проходила, но из всего курса лекций запомнила только формулу «товар-деньги-товар». Абызова была на двенадцать лет старше Аркадия, многого в своей жизни повидала и не раз обжигалась, доверяя людям. Она, так же как ее новый партнер, считала, что в бизнесе друзей быть не может по определению. Но знала она и еще кое-что. Через неделю знакомства Абызова сказала:

— Аркаша, ты деловой парень. У тебя есть хватка. Ты мне нравишься. Если мы будем продолжать наше дело вместе, то нам нужно избавиться от недомолвок и скрытых желаний. Ты понимаешь, о чем я говорю? Завтра у меня выходной. Мужа дома не будет.