Книга Запретная связь, страница 32 – Геннадий Сорокин

Своего родного отца Абрамов помнил плохо. Он погиб в пьяной драке, когда Ивану едва исполнилось пять лет. Мать Вани недолго горевала по первому мужу и вышла замуж второй раз. Фотографии отца Ивана она уничтожила, но сын и без фотографий знал, что его родной отец был высоким, ширококостным, физически очень сильным, голубоглазым. Комплекцией и внешностью Иван пошел в него. Второй муж матери Ивана дал пасынку свою фамилию и отчество и всю жизнь относился бы к нему как к родному сыну, но тут на свет появился Аркаша, кривой на один глаз. Аркашу родители жалели, баловали, прощали ему любые шалости и дерзости. Отец Аркадия был мужчиной среднего роста, смуглым, худощавым, кареглазым. Единоутробный брат Ивана внешностью и телосложением пошел в него.

«У моего отчима есть двоюродный брат, смуглый, кареглазый, — рассматривая ребенка, подумал Абрамов. — У него есть двое сыновей, считающихся моими троюродными братьями, но по крови не являющихся мне родственниками. Может, Гоша похож на кого-то из них? Я этих братьев давненько не видел. Надо будет заехать к матери, посмотреть семейные фотографии».

Через несколько дней Иван познакомился с матерью больного ребенка. Изместьева в тот день была трезвой, но по ее внешнему виду Абрамов понял, что она бытовая алкоголичка, тратящая все деньги на спиртное и посиделки с подругами. Сына она любила, покупала ему вещи и даже игрушки, к которым мальчик не прикасался, так как не представлял, для чего эти машинки и солдатики нужны. Изместьева знала, что ее ребенок навсегда останется умственно ограниченным, и смирилась с этим, но от себя сына не отпускала. На все предложения оформить его в интернат для психически больных детей отвечала отказом: «Если он таким родился, то пускай со мной живет! В интернате он долго не протянет».

Оценив внешность Изместьевой, Абрамов пришел к выводу, что Гоша не приходится ему родственником.

«Показалось! — решил он. — Мои братья со стороны отца давно женаты, но не это главное! Никто из них не стал бы вступать в интимные отношения с Изместьевой. Слишком уж у нее отталкивающая внешность».

После инцидента с разбитым окном встал вопрос: за чей счет производить замену стекла в выбитой раме? Завхоз общежития категорически отказалась посылать к Изместьевой плотника.

— Кому угодно я пойду навстречу, только не ей! — заявила Осипова. — Пусть эта алкашка вначале вести себя прилично научится, а потом ремонт за счет общежития требует. Я у нее стекла не выбивала и вставлять их не обязана.

Участковый потребовал у родителей подростков вставить стекло. Отец Егорова встал в позу и отказался оплачивать ремонт.

— Мой сын по окну не стрелял, — сказал он. — Кто выбил стекло, тот пусть за него и платит.

Отец Федорова, узнав об этом, также отказался платить всю сумму. Свою позицию он аргументировал так:

— Пистолет сделал Егоров, а не мой сын, так почему я один должен за все платить? Пускай половину суммы вносят его родители, а половину внесем мы.

Участковый пригрозил родителям судом, но они не испугались и выразили готовность на судебном заседании отстаивать свои права. Пока шли препирательства, одна рама в комнате Изместьевой оставалась без стекла.

В Машиностроительном РОВД Абрамов принял к производству все оперативные дела своего предшественника — Алексеева. Первое, на что он обратил внимание, был нестандартный подход Алексеева к расширению информационной базы. Тот разместил в фойе Девичьего домика объявление о том, что дважды в неделю будет принимать жильцов общежития по личным вопросам в опорном пункте милиции. Абрамов продублировал его объявление и был немало удивлен тем количеством девушек из Девичьего домика, которые поспешили донести на своих соседей и жильцов с других этажей. Чего только он не наслушался! В основном полученная информация оперативной ценности не представляла. Это были бытовые склоки, которыми должен заниматься участковый, а не инспектор ОУР. Абрамов выслушал всех посетителей, не поленился написать справки по каждому сообщению. Доносы на соседей его не интересовали. Мало ли к кому мужчины приходят чаще, а к кому реже, но с подарками? Материалы о пьяницах и скандалистках он передал для проверки Ромашину, себе оставил сообщения о кражах искусственной нити с завода и вызывающем поведении некой Алены Козловой.