Книга Запретная связь, страница 51 – Геннадий Сорокин

Ни мать, ни Иван протестовать не стали.

В десять утра перед рядками с картошкой цепочкой выстроились Иван с вилами, его жена, сын и Аркадий с ведрами. Дочери Абрамова было семь лет. Отдельного ведра ей не полагалось.

— Ну, с богом! — сказал Иван и подкопнул первый куст картошки.

Работы в семействе были давно распределены. Физически самый крепкий из братьев подкапывал картошку вилами, а все остальные ее собирали и относили в кучи. Мать Ивана в начале работы принимала символическое участие, потом, охая и держась за спину, уходила в дом готовить обед на всех. К полудню две трети урожая были собраны. Мать позвала всех к столу. Аркадий за обедом выпил еще стопку и пошел полежать часок. Иван к спиртному не прикоснулся. После недолгого отдыха вновь взялись за работу. Когда урожай был собран, насыпан в кучи посреди огорода и прикрыт сверху ботвой, Аркаша устало сел на перевернутое ведро, закурил. Иван, воткнув вилы в землю, встал рядом.

— Ты ничего не хочешь мне рассказать? — спросил он.

Аркадий понял, что дальше разговор примет неприятный оборот, и приготовился к любому развитию событий.

— Что тебе рассказать? Таблицу умножения? — с издевкой спросил он.

— Да нет, про ребеночка хотелось бы послушать.

— Про какого? — не понял Аркадий.

— Про твоего, — с угрозой сказал Иван. — Звать Гоша. Родился шесть лет назад.

— Ты, Ваня, вроде бы не пил с утра, а какую-то чушь несешь. Какого ты еще Гошу выдумал?

— Ах, так ты, сукин сын, даже не знаешь, про кого я говорю?

Иван схватил брата за грудки и рывком поставил на ноги.

— Твой сын выпал из окна третьего сентября и разбился насмерть, а ты даже про него не знаешь? Я его мертвым видел, а ты…

— Руки убери! — завопил Аркадий.

— Вы что делаете?! — закричала стоявшая у дома мать.

Она больше всего на свете боялась вспышек гнева у старшего сына. «Ох, если пойдет Ваня в отца, то всем вам даст прикурить!» — не раз и не два говорили ей соседки. Отец Ивана был двухметровый здоровяк, любитель выпить и подебоширить. После бурного возлияния он иногда гонял жену по всему поселку, а тому, кто пытался за нее заступиться, без разговора бил в челюсть. Погиб отец Ивана в пьяной драке у пивного ларька. Виновного в его смерти не нашли.

Стараясь не попасть ногой в лунки, мать бросилась к братьям, явно собиравшимся подраться. Она видела вилы рядом с Иваном и боялась, что хлипкий Аркаша схватится за них для самообороны.

— Хочешь, матери расскажу, как ее внук погиб? — сквозь зубы спросил Иван.

— Да пошел ты! — вырвался из его рук Аркадий. — Нет у меня сына, не выдумывай.

— У него даже в свидетельстве о рождении твое отчество указано.

— Ах, вот ты о ком! — догадался Аркадий. — Слышал я про этого ребенка, но видеть его никогда не видел. Вернее, видел и не видел одновременно.

— Вы что надумали? — спросила, подбежав, запыхавшаяся мать. — Ваня, ты что творишь? Что тебе Аркаша сделал?

Младший брат первым понял, как надо выйти из положения.

— Мама! — сказал он. — У нас мужские разговоры, и ты в них не вмешивайся! Принеси бутылку водки и закуску. Нам с Ваней поговорить надо.

— Дайте слово, что не будете драться, я вам что угодно принесу!

— Иди, мама! — успокоил мать Иван. — У нас тут было недоразумение, но мы его уладили. Иди, я тебе говорю! Принеси бутылку. Нам с Аркашей надо выпить на свежем воздухе, потолковать кое о чем.