Книга Поручик Ржевский и дама-вампир, страница 142 – Иван Гамаюнов

При звуке этого имени Рейнфельд аж подпрыгнул на стуле, а поручик меж тем заглянул туда, где в расстёгнутом вороте рубашки виднелась ключица:

— Эгей! Да там ещё и царапины! Ну точно — она!

Рейнфельд посмотрел на Ржевского, как приговорённый, который всё ещё надеется на помилование:

— Откуда вы знаете?

— А вы как думаете? — без всяких сантиментов произнёс поручик. — Вот вы нам показали… А хотите, я вам тоже покажу? Эта дама мне на плече царапины оставила. И укусить пыталась, но я не дался.

— Когда это было?

— Да прошлой ночью. И мне уже новое свидание назначено.

Рейнфельд совсем сник и пробормотал:

— Вот, значит, как.

— Ну что? Показать? — не отставал поручик, а его собеседник вдруг сверкнул глазами и вскочил на ноги:

— Да что вы мне покажете⁈ Думаете, меня это удивит⁈ А вот я вам кое-что покажу! — Он стащил с себя сюртук, жилет, расстегнул рубашку и в итоге разделся по пояс.

Открывшееся зрелище потрясло даже Тайницкого.

— Ого! — тихо воскликнул он.

— Вот же упыриха! — так же тихо воскликнул Ржевский.

На плечах и шее Рейнфельда виднелось аж несколько укусов разной степени свежести. И царапин на теле было в избытке. И свежих, и почти заживших.

— Ну что⁈ Видели⁈ — с каким-то превосходством спросил Рейнфельд.

— А! — задумчиво протянул Ржевский. — Теперь понятно, почему у неё муж импотентом стал. И понятно, почему у неё любовники не задерживаются — раз в полгода приходится нового искать. Кто ж такое выдержит долго?

— А я вот больше полугода, — не без гордости сказал Рейнфельд.

— Значит, фамилия Крестовский-Костяшкин вам всё-таки знакома, — подытожил Тайницкий.

— Ну, конечно, дама мне представилась и упоминала, что у неё есть муж, — ответил Рейнфельд, а затем добавил с той же гордостью. — Всё-таки мы больше полугода знакомы.

— А зачем же вы нас обманывали? — спросил Тайницкий. — Всё, что вы нам показали, это, конечно, очень интересно, но состава преступления здесь нет.

— Зачем? — переспросил Рейнфельд и вздохнул: — Ради неё. Но если она так, — он посмотрел на Ржевского, — то я не чувствую себя обязанным. У вас же наверняка есть ко мне ещё какие-то вопросы? Задавайте.

— Может, сначала оденетесь? — предложил Тайницкий. — Должен признать, вы нас несколько смущаете.

Рейнфельд поднял с пола рубашку, надел и, застёгиваясь, снова сел на стул.

Ржевский и Тайницкий тоже сели.

— Почему вы не обращались к властям с заявлением, что у вас деревне Пивуны исчезают крепостные? — спросил Тайницкий. — Госпожа Крестовская-Костяшкина просила вас этого не делать?

— Не просила, а приказала, — последовал ответ.

Тайницкий и Ржевский удивлённо переглянулись, а Рейнфельд как-то снисходительно пояснил:

— Это была игра. Госпожа Крестовская-Костяшкина приказывает, а я исполняю. Она хотела, чтобы я её беспрекословно слушался. Сказала, что ей нравятся послушные мужчины. И даже обещала проверять, насколько я послушен.

— Так вот что она во Ржеве делала! — догадался Ржевский. — Проверяла, слушаются ли её. Затем и расспрашивала полицейского пристава.

Тайницкий решил уточнить:

— Значит, вам, Родион Михайлович, не объясняли, почему вы, такой серьёзный человек, должны пренебрегать своими обязанностями управляющего?

Рейнфельд пожал плечами.

— Такая игра. Госпожа Крестовская-Костяшкина нарочно приказывала то, что мне было бы трудно исполнить. Сказала, что так чувства проверяются.