Книга Мисс Совершенство, страница 142 – Лоретта Чейз

— Да, конечно. Отличная мысль. Мы не хотим давать повод для сплетен. Позвольте мне только снять с себя это ужасное платье, и я мигом буду готова.

«Мигом» освободиться не удалось.

Им пришлось отвезти сопровождавших их леди домой, мисс Олдридж нужно было переодеться, а Алистеру позаимствовать у младшего брата Руперта пароконный двухколесный экипаж. Время близилось к четырем, когда они оказались в Гайд-парке. Пройдет еще час, и парк заполнится толпами гуляющих. Их будут с любопытством разглядывать, останавливать, некоторые пожелают быть представленными невесте.

Алистер не сомневался, что мужчины, увидев Мирабель, будут умирать от зависти. Прогулочный костюм зеленого цвета, сшитый по последней моде, очень ей шел. Она радовалась обновкам и позволила горничной привести ее волосы в соответствие с ними.

— Ты великолепна, – сказал ей Алистер, когда они оказались в парке.

— Ты просто ослеплен любовью и, к великому моему облегчению, сам выбираешь для меня одежду. К тому же раньше я должна была одеваться просто и неприметно. Мне приходилось решать деловые вопросы с мужчинами, а поскольку они легко отвлекаются по пустяками, стали бы пялиться на меня. А теперь я с удовольствием ношу красивые наряды.

Это была чистая правда. Когда ей предложили три платья на выбор, она купила все три. То же самое можно было сказать о шляпках и туфлях. Покупать женское белье для мужчины считалось неприличным, но Алистер видел, с каким огромным количеством коробок вернулась Мирабель из поездки по магазинам со своей тетушкой.

— Вот уж не думал, что ты так же расточительна, как я. Если мне удастся преодолеть свою страсть к приобретению модных вещей, мы без труда сможем жить, не выходя за рамки нашего дохода.

Мирабель с удивлением посмотрела на него.

— Что-то не так? – спросил он.

— Дорогой, разве ты не прочел наш брачный контракт, прежде чем подписать его?

Они должны были пожениться в среду по специальному разрешению, что позволяло им обойтись без положенной огласки и сочетаться браком там, где они предпочтут. Об этом позаботился лорд Харгейт.

— Разумеется, прочел, но, быть может, чего-то не понял, – заявил Алистер. – Во-первых, он был написан мерзким почерком законника, который невозможно разобрать. Во-вторых, изложен ужасающе непонятным юридическим языком. Я действительно помню огромное количество нулей в некоторых числах и ошибку в подсчетах, к которой я привлек внимание отца. Он от души посмеялся надо мной, а я сделал вид, будто смирился с судьбой, и поставил свою подпись там, где мне указали.

— Мое приданое составляет двести тысяч фунтов, – напомнила Мирабель. – Кроме того…

— Прошу прощения, я не ослышался? Ты сказала «двести тысяч»?

— Совершенно верно.

Это был еще один удар – как битой по голове.

— Дорогой, с тобой все в порядке? – встревоженно спросила она, коснувшись его щеки затянутой в перчатку рукой.

Алистер остановил лошадей и, прижавшись губами к ее ладони, пробормотал:

— Не обращай внимания. Я на мгновение потерял сознание, вот и все. Две. Сотни. Тысяч. Неудивительно, что мой отец расхохотался.

— А ты этого не знал?

— Я подумал, что по ошибке приписали лишние нули, – признался Алистер. – Я полагал, что это двадцать тысяч или около того. Приданое дочери герцога Суззрленда, одного из самых богатых людей Англии, составляло двадцать тысяч фунтов. Но я не стал уточнять, потому что говорить о деньгах вульгарно.