Книга Мисс Совершенство, страница 50 – Лоретта Чейз

Когда мистер Карсингтон свалился в реку, едва ли не в истерике, с сильно бьющимся сердцем она спускалась к воде. Стена дождя мешала ей видеть, и она не могла бы с уверенностью сказать, дышит ли он. Руки у нее так тряслись, что она не сразу смогла нащупать пульс.

К счастью, он открыл глаза и мгновение спустя, видимо, узнал ее. Она немного успокоилась и обрела способность мыслить.

Пока они добирались до Олдридж-холла, она постепенно приходила в себя, и к тому времени как слуги сняли мистера Карсинггона с коня и уложили на импровизированные носилки из приставной лестницы, поняла, что с ним случилось что-то более серьезное, чем растяжение лодыжки.

Сначала он выразил недовольство из-за того, что его несли, потом что-то пробормотал, очевидно, не сознавая, где находится. В доме все повторилось, но слугам все-таки удалось поднять его по лестнице в гостевые апартаменты.

Было бы проще поместить его в одну из комнат на цокольном этаже, но оттуда легче сбежать, а Мирабель была уверена, что он попытается. Ведь у него не было с собой даже смены белья. Вряд ли его остановит поврежденная лодыжка, если не остановил ледяной ливень.

Ей было необходимо позаботиться о том, чтобы он не двигался, хотя бы до тех пор, пока его не осмотрит доктор Вудфри.

Она видела, как мистера Карсингтона переложили с носилок в кресло, и позаботилась, чтобы удобно уложили ноги. Отправив лакея Томаса за нужным инструментом, она жестом приказала Джозефу оставаться рядом, решив, что гостя нужно подготовить к уничтожению его дорогостоящих сапог.

Мирабель сказала, что вот-вот принесут горячую воду и он сможет принять ванну, и добавила:

— Боюсь только, что ваш сапог придется разрезать.

Он воспринял это известие спокойно.

— Мои сапоги… Кру хватит удар, когда он об этом узнает. – Его золотистые глаза лихорадочно блестели. – Мне нужно снять одежду! Он взялся было за узел промокшего галстука, но она остановила его.

— Ткань намокла, и с ней трудно справиться. А вы дрожите. Позвольте я помогу.

Он нахмурился, выпустил из рук галстук и поднял голову. Мирабель же, напротив, наклонилась и принялась развязывать узел, пытаясь унять дрожь в руках, а когда справилась, заметила:

— У папы нет камердинера, иначе я прислала бы его к вам.

Как только удастся снять сапоги, слуги разденут его и помогут вымыться.

— У герцога Веллингтона тоже нет камердинера, – сообщил Карсингтон. – Если уж его светлость обходится без него, то я тем более смогу. Но за мной всегда Кру присматривал, следовал повсюду. – Алистер прерывисто вздохнул. – Еще немного – и я встану. Не могу же я здесь лежать. Какая жалость. Нечего будет написать на могильном камне.

Он снова стал бормотать что-то невнятное. Мирабель не хотелось думать о том, чем это вызвано. Она была уверена в одном: в результате растяжения лодыжки горячечного бреда не бывает.

Она вспомнила, как бредила мать в последние дни своей жизни, но поспешила прогнать эти мысли, приказав себе сосредоточиться на том, чтобы ее гость был как можно скорее вымыт и согрет.

— Мистер Карсингтон, нам придется разрезать ваши сапоги, – повторила Мирабель, сдерживая дрожь в голосе. – Они все равно пришли в негодность.

Он кивнул.

Появился Томас с ножом. Алистер взглянул на слугу, и тело его напряглось: