Книга Первая ночь для дракона, страница 86 – Елена Счастная

— Почему ты не вышла, когда я… — надо бы подобрать слово, — кричала.

Я ведь кричала, правда? Но тут служанка заметно покраснела, зачем-то убрала в шкаф только что вынутое оттуда платье, а затем, спохватившись, достала его вновь.

— Я не подумала, что вы кричали, эфри… То есть не так, как если бы вам было плохо.

Хорошо, что я повернулась спиной к Виге и она не могла видеть наверняка красноречивое выражение невероятной досады на моём лице. Не подумала она… Вернее, подумала, да не то.

Зато сегодня служанка прямо расстаралась, когда готовила меня к выходу, особенно тщательно собрала волосы в причёску, разгладила складочки на платье — одну к одной. И между делом я успела узнать от неё все последние новости.

Оказалось, что с кузеном Вигхарта накануне случилась очень большая неприятность, и теперь даже Лотберга не могла сказать, что будет дальше. Как болтали слуги в замке — а они порой знали очень и очень многое, — Бальд оказался отравлен Смрадом. Как такое могло случиться, никто и предполагать не брался. Но всех понемногу охватывал понятный страх перед тем, что сумеречники и их искажающая драконью сущность сила пробираются всё дальше, врастают всё глубже.

Наверное, только сейчас многие стали понимать, что лишь драконы ещё способны их сдерживать. И чтобы выжить, придётся как-то с ними уживаться, хоть наследие недавней войны — пусть и короткой — ещё долго будет о себе напоминать.

Мне пришлось ещё побороться с собой, чтобы заставить себя выйти из комнаты. Видеть ни одно из хорошеньких лиц эфри не хотелось. Конечно, я не знала наверняка, но что-то подсказывало мне: именно кто-то из них решил отправить меня к Праматерям. И словно назло, только усилив сомнения, в комнату ко мне наведалась Эбреверта. Бодрая, ничуть, кажется, не обременённая тем, что теперь за ней едва не по пятам следовала стража.

— Лора, вы так долго собираетесь, что мы всё пропустим, — заявила она так беспечно, что мне захотелось запустить в неё чем-нибудь тяжёлым.

Чтобы отвадить вваливаться ко мне раз и навсегда. Коротка же у неё память, прямо как у кошки.

— Что мы пропустим? Завтрак? — стараясь удержать все слова, что вертелись на языке ещё со встречи с его драконейшеством, уточнила я. — С каких пор это стало так важно?

И тут снаружи в приоткрытую дверь просочились голоса Маргит и Николь: они тоже явно были чем-то взбудоражены. Но и недовольны тоже.

— Да какой завтрак! — махнула на меня рукой графиня. — Сегодня казнят сумеречника.

Вот это удовольствие так удовольствие — смотреть, как разведчика повесят или отрубят ему голову. Умом я понимала, что это неизбежно, но поклонницей таких зрелищ никогда не была. Даже Марк, мой подопечный, порой ходил с отцом и старшими братьями на площадь Альтейха, когда там казнили кого-то из преступников. Да что там, многие женщины, как свежий пример — Эбреверта, не брезговали. А мне достаточно было увидеть одну, чтобы после мучиться кошмарами всю ночь. Смутными обрывками каких-то совершенно неразборчивых воспоминаний о нападении на обитель Дочерей. Том самом нападении, которое, кажется, круто изменило мою жизнь.

— Это очень мудро, — только и заметила я.

Эбреверта приподняла брови.

— Что? Казнить его? Конечно! Их нельзя….

— Нет, — оборвала я её рассуждения. — Мудро устроить казнь перед завтраком, а не после него.