Книга Тот, кто вырезал моё сердце, страница 90 – Кассиан Маринер

— Лин Вань, — произнес Император. — Подними голову и сними шапку.

Дрожащими руками я развязала ленты и сняла шапку. Мои волосы, отросшие за эти месяцы, рассыпались по плечам черной волной. Я подняла лицо и посмотрела на Императора прямо.

— Ты знала, что нарушаешь закон? — спросил он.

— Да, Ваше Величество.

— Почему ты это сделала?

— Потому что я не могла иначе, — ответила я. Мой голос был тихим, но в огромном зале его услышал каждый. — Дерево говорит со мной. Если я не работаю, то умираю. Я предпочла умереть с резцом в руке, чем жить в шелках, но с пустой душой.

Император долго смотрел на меня, потом перевел взгляд на Бая, который торжествующе ждал приказа о казни, а потом на Хань Шуо, который стоял рядом, готовый умереть вместе со мной.

— Советник Бай, — произнес Император задумчиво. — Ты говоришь, что Хань Шуо безумен и опасен и что он разрушил свой дом, чтобы убить тебя.

— Истинно так, Ваше Величество!

— Но Хань Шуо — строитель. Он создает. Разрушение противно его природе. Если зодчий рушит свой дом, значит, в нем завелись крысы, которых нельзя выгнать иначе.

— Ваше Величество... — Лицо Бая вытянулось, — вы оправдываете его?

— Мы не оправдываем насилие, — Император сел на трон. — Но мы видим здесь двух мастеров. Один строит дворцы за месяц, другой плетет интриги и рушит стены. Бай, твоя башня треснула не от проклятий, а от твоей гордыни. Мы слышали о твоих попытках подкупить рабочих и о шлюзах.

— Это наветы! — Бай побледнел.

— Молчать! — Император ударил рукой по подлокотнику. — Мы устали от твоих игр, Бай. Ты забыл, что твоя задача — давать советы, а не устраивать войны на улицах нашей столицы. Ты лишаешься ранга и отправляешься в ссылку в Южные провинции, надзирать за рисовыми полями. Может быть, там ты научишься созидать.

Бай задохнулся от ярости и унижения. Стража подхватила его носилки и потащила к выходу. Он кричал что-то про традиции и законы, но его никто не слушал.

— А теперь вы, — Император посмотрел на нас.

Хань Шуо взял меня за руку и заставил встать.

— Вы нарушили закон, — сказал Император сурово. — Лин Вань, твой обман дерзок. Хань Шуо, твое самоуправство переходит границы. Я не могу оставить это безнаказанным.

— Наказывайте меня, — шагнул вперед Хань Шуо. — Она лишь следовала за мастером.

— Нет, — я сжала его руку. — Я сама выбрала этот путь.

Император чуть заметно улыбнулся уголками глаз.

— Какая преданность. Хорошо. Вот мой приговор.

Зал затаил дыхание.

— Имени Лин И больше не существует. Он вычеркнут из списков. Но Империи нужны мастера. Лин Вань, я назначаю тебе наказание: ты обязана отработать десять лет в Императорских мастерских без жалования, только за еду и кров. Ты будешь учить других... женщин.

— Женщин? — вырвалось у меня.

— Да. Наложницы жалуются на скуку. Пусть учатся резьбе, если у них есть к этому склонность. Мы откроем Павильон Лунной Стружки. Ты будешь его главой. Это твоя каторга, Лин Вань.

Это было не наказание, а дар. Неслыханный, невероятный дар.

— Благодарю, Ваше Величество! — я снова упала на колени, и слезы облегчения хлынули из глаз.

— А ты, Хань Шуо, — Император посмотрел на Мастера. — Ты просил отставки, потому что хотел стать простым человеком. Я лишаю тебя титула Небесного Зодчего. Теперь ты просто Хань Шуо, плотник, и волен жить где хочешь и как хочешь. Но... — Император наклонился вперед. — ...если Павильон Тысячи Осеней хоть раз скрипнет, я найду тебя.