Книга Пленница Повелителя песков, страница 9 – Елена Княжинская

— Наместнику виднее, – отрезала мачеха. – Вижу, все наелись и маются от безделья?

Она хлопнула в ладоши. Служанки бросились убирать недопитый чай и кнаффе. Никто не посмел возразить. Девушки и женщины спешно покинули зал для трапез и переместились в зал рукоделия. Я встала вслед за ними, но Масуна преградила мне дорогу.

— На тебе лица нет. Отправляйся в свою комнату и приведи себя в порядок. Я пришлю лекаря, чтобы осмотрел тебя.

— Не нужно лекаря. Я не выспалась и потому…

— Что же помешало тебе спать? Не та ли любовная лихорадка, о которой говорила Наиля? Скоро пройдет.

Я вспыхнула. Как эта невыносимая женщина умела перевернуть любое слово в свою пользу! Я закрыла глаза, глубоко вдохнула, выдохнула и ответила:

— О чем ты говоришь, когда враг у ворот? О чем твои мысли? Впрочем, думай, что хочешь.

Я протиснулась мимо нее и вышла. Масуна что-то бросила мне вслед, но я не услышала ее. Сбежала, чтобы не наговорить лишнего, спряталась в своей комнате. Злость вытеснила все остальные чувства, но злилась я больше на себя, на собственную беспомощность и неспособность достойно ответить мачехе.

Чтобы выжить в гареме, нужно обладать спокойствием верблюда, зрением орла и жалом змеи вместо языка, но казаться испуганной ланью, нуждающейся в защите. Ложь претила мне, притворство раздражало. Я старалась избегать интриг, никого не выделяла, ни с кем не сближалась. Со смертью Абхи потеряла единственного человека, которому могла открыть душу, и тяготилась этим.

Я поднялась на террасу. Под сенью деревьев, в тени и прохладе мне даже думалось легче.

— Дочка, как вовремя ты появилась. Иди ко мне.

Я не поверила своим глазам, увидев на скамье наместника Рудрабад-калеа. Села на покрывало у его ног. Положила голову ему на колени. Я так нуждалась в нем.

— Отец, я соскучилась по тебе, по нашим разговорам.

— Ты уже выросла, Асия, и не нуждаешься во мне, как прежде, – произнес он, будто прочитал мои мысли. – Ты никогда ни в чем не знала нужды и отказа. Я сделал все, чтобы ты была счастлива.

Я смотрела на отца, пытаясь понять, что он задумал, зачем начал этот разговор.

— Ты похожа на мать. Такая же свободолюбивая и упрямая. Но в тебе есть и мои черты. Ты знаешь, когда нужно промолчать и уступить. Она этого не умела.

Отец слишком редко рассказывал мне о маме. Я слушала, затаив дыхание, боясь неосторожным вопросом разрушить то доверие, что возникло между нами.

— Этот сад я разбил для нее. Рабы дни и ночи носили землю, сажали деревья и кустарники, которые я приказал привезти из разных уголков Декхны, и все для того, чтобы порадовать ее. Она носила шелка и хлопок, пурпурные и лазоревые покрывала. Ее руки украшали золотые браслеты. Рубины, сапфиры, изумруды – что только я не дарил ей. Я бросил весь мир к ее ногам, а она отвергла меня. Только и делала, что сидела здесь, на самом краю, смотрела на восток от восхода до заката.

— Может быть, она тосковала по дому?

— Асия, ты еще так молода и многого не понимаешь. Я выкрал ее из крошечной деревни. Что ждало ее там? Нищета и тяжелый труд, от которого ее красота увяла бы раньше времени.

— Но ты лишил ее дома!

Дома, в котором она могла быть счастлива, подумала, но не осмелилась произнести вслух.

— Замолчи! Ты сейчас говоришь как твоя тетка.