Книга Ртуть, страница 155 – Калли Харт

— Духи огня – эмоциональные существа. Вспыльчивые. Горячо на все реагируют. – Теперь его лицо снова стало бесстрастным и непроницаемым. – Но к утру они уже обо всем забудут.

— Завтра я поужинаю в кузнице, и бедолагам не придется тратить нервы на грязное и невоспитанное человеческое отродье, нарушающее этикет Калиша.

— Ты будешь ужинать здесь, – возразил Кингфишер.

— А мое мнение в расчет не принимается?

— В кузнице полно ядовитых веществ – еще отравишься.

— Тогда я поужинаю у себя в спальне.

— Ты будешь ужинать здесь, – повторил он и, не дожидаясь, когда я приступлю к перечислению тысячи других подходящих для ужина мест, продолжил: – Что касается духов огня, они любят людей гораздо больше, чем высших фейри.

— Да ладно, – хмыкнула я. – Ты же для них просто свет в окошке.

— Я не такой, как остальные, – сказал он так, будто это само собой разумелось. – Арчер нянчился со мной в детстве. Он был первым из меньших фейри, кто помогал моим родителям, и, видимо, до сих пор питает ко мне симпатию.

Симпатию? Нет, там было нечто большее. Дух огня боготворил Кингфишера.

— А на меня он смотрит так, словно я недостойна даже дышать с тобой одним воздухом.

Кингфишер покачал головой:

— Неправда. Арч проявляет к тебе интерес. Пытается понять, как долго ты здесь задержишься.

Я взяла с тарелки жареную морковку и откусила кончик.

— Тогда он будет счастлив узнать, что недолго.

Кингфишер молчал. Он сидел не шелохнувшись и смотрел, как я ем морковку. Взгляд нефритовых глаз скользил по моему лицу – на миг остановился на глазах, на скулах, на кончике носа и задержался на губах дольше, чем это позволяли правила приличия. Когда он наконец отвел от меня взгляд, я сказала первое, что пришло в голову, только для того чтобы нарушить молчание:

— Раз уж ты отказываешься отпустить меня домой, отправь в Зильварен хотя бы Кэрриона Свифта.

Кингфишера это, похоже, удивило:

— Зачем?

— У него там семья. Ему нужно заботиться о бабушке, а она наверняка уже волнуется. Кроме того, он сможет сказать Хейдену и Элрою, что со мной все в порядке, как-то их успокоить, чтобы они чего-нибудь не учудили ради моего спасения.

— Угу. Только сначала надо спросить у мальчишки, хочет ли он домой.

— Свифту двадцать шесть лет. Какой он тебе мальчишка? – буркнула я.

— Насколько я успел заметить, он ведет себя как сопливый пацан, и язык у него без костей. Но… ты его всячески защищаешь, – задумчиво проговорил Кингфишер. – И это нужно принять к сведению. Честно говоря, я удивлен, что ты хочешь отправить его обратно в город. – Он отпил вина из бокала.

— Я его защищаю? Да ладно!

Теперь в том, как на меня смотрел Кингфишер, появилась нехарактерная для него напряженность. Он как будто очень старался разыграть безразличие.

— М-м-м… Вот уж не подумал бы, что мальчишка в твоем вкусе, Оша, но это многое объясняет…

В моем вкусе? Меня вдруг охватило странное чувство невесомости, от которого закружилась голова так, что пришлось откинуться на спинку стула.

— О чем это ты?

— Тогда, в спальне, он дал понять, что ты была в него влюблена.

— Да он врет как дышит! – выпалила я. – Кэррион Свифт – редкостное брехло, про это каждый песчаный краб в Зильварене знает.

— Когда я пришел за ним в ваш город…

— Когда ты пришел в мой город, тебе надо было найти и привести оттуда моего брата Хейдена! – Головокружение сменилось приступом гнева. Я даже отставила бокал с вином. – И кстати об этом, ты же не выполнил свою часть сделки. То есть выполнил не до конца. С какой стати я должна держать клятву, если ты нарушил свое обязательство?