Книга Ртуть, страница 186 – Калли Харт

— Да! Да, конечно, я нормально себя чувствую. Мы не… – У меня предательски вспыхнули щеки. – Он не причинил мне вреда.

— Ну, это понятно. Я же его знаю. Кингфишер никогда бы не… – Рэн тоже смешался и замолчал, остановившись перед входом в шатер. Затем продолжил со всей деликатностью: – У меня обоняние не хуже, чем у Кингфишера, Сейрис. Волноваться о твоем физическом самочувствии не было причин. Я спросил, в порядке ли ты. Это немного другое.

Кое-как совладав с неловкостью во второй раз, я пришла в ужас. Теперь что, так всегда будет? Каждый оказавшийся поблизости фейри станет бросать на меня косые взгляды всякий раз, сто́ит мне возбудиться? Ох ты ж блин…

— Я в порядке, – сказала я на этот раз с большей уверенностью. – Честное слово, в полном. Просто не знала, где вас всех искать, и заблудилась немножко.

В штабном шатре было душно и жарко. Вернее, мне следовало бы сказать не в шатре, а в зале совета. Магия превратила внутреннее пространство шатра в настоящий зал с каменными стенами, большим камином и полом из мраморных плит. На стенах висели гобелены и картины с батальными сценами. До потолка было футов двенадцать. На книжных полках и небольших столиках по углам, повсюду, на всех поверхностях горели свечи, и отсветы пламени плясали на стенах. Здесь в ожидании Рэна собрались как минимум два десятка воинов. Едва мы вошли, все они обернулись, устремили взоры на него и почтительно склонили головы.

Кэррион Свифт тоже там был – развалился в кресле у камина. На животе у него стояла тарелка с добрым куском пирога. Рыжая скотина с наслаждением жевала, не обращая ни малейшего внимания на царившее в зале странное напряжение, которое я почувствовала, едва переступив порог.

— Иди скорее сядь рядом со Свифтом, – шепнул мне Рэн. – Как можно ближе к огню в камине. Так близко, как сможешь вытерпеть. Жар выпарит с твоей кожи… э-э… – Он поморщился. – Короче, ты поняла.

О, еще бы не понять. Жар от огня выпарит феромоны, которые я выделяю всеми порами и которыми покрыта с ног до головы, потому что оказалась наедине с растреклятым Кингфишером. Боги неумирающие…

Я пнула сапог Кэрриона, прорычала, чтобы подвинулся, и уселась возле самого огня. При виде многозначительной улыбочки, которой меня встретил рыжий ворюга, я на секунду испугалась, что он тоже учуял лишнее, но это, разумеется, было невозможно – человеческое обоняние не такое острое, как у фейри.

— Поверить не могу, что ты преспокойно лопаешь пирог, – проворчала я, придвинув скамейку для ног опасно близко к пламени.

— Это не пирог, это киш, – сообщил Кэррион с набитым ртом.

— Что такое «киш»?

— Без понятия. Там взбитые яйца в начинке и чего-то еще. Офигенски вкусно. На, попробуй. – Он протянул мне весь кусок.

Есть я не хотела, и у меня все еще слегка кружилась голова, но просто необходимо было чем-нибудь занять руки, поэтому я взяла киш, откусила, почти не почувствовав вкуса, и вернула его Кэрриону.

— Тут какая-то серьезная разборка назревает, – сказал он и тоже откусил от пирога.

Значит, жулик все же заметил накаленную, прямо-таки взрывоопасную атмосферу в зале.

— Откуда ты знаешь?

— Вон та красотка жаждет крови. – Он бесцеремонно ткнул пальцем в сторону фейрийской воительницы, которая стояла у широкого стола в центре зала и оживленно разговаривала с тремя мужчинами. Волосы у нее были очень светлые, почти белые, а глаза – яркие, сиреневого оттенка. И она действительно была сказочно красива. – Не знаю, о чем они там базарят, но все, кто есть в зале, уже обменялись с ней парой слов на повышенных тонах, а вон тому она даже врезала. – Кэррион кивнул на парня с длинными темными волосами, заплетенными в борцовские косы, и с уже знакомой мне эмблемой: на его кожаном нагруднике была вытиснена оскаленная волчья морда. – У меня такое чувство, что весь сыр-бор из-за нашего Кингфишера. А, Сейрис?