Онлайн книга «Ртуть»
|
Отчаянно не хотелось вспоминать те времена, когда меня будил посреди ночи стук в дверь и приходилось идти открывать, потому что матери дома не было – она работала в «Доме Калы». На пороге каждый раз оказывался какой-нибудь парень в маске, молча совал мне в руки тяжеленный холстяной мешок и со всех ног убегал в ночную тьму. Не хотелось, но я заставила себя продолжить рассказ: — Почти каждый день по ее поручению я носила из дома куски металла в стекольную мастерскую, превращенную в кузницу. Гвардейские патрули на улицах не обращали внимания на костлявую девчонку, спешившую на работу. Годы шли, и мать начала знакомить меня с разными мужчинами… Кингфишер шумно втянул воздух. Его скованное странным параличом тело заметно расслабилось, но теперь он опять напрягся, ноздри начали раздуваться. Он не сказал ни слова, но я знала, что́ у него на уме, и упредила вопрос: — Не с теми, о ком ты подумал. Не с клиентами. Никто из них ко мне не прикасался. Это были мятежники, враги Мадры. Они учили меня полезным вещам. Показали, где находятся входы в подземный лабиринт под Зильвареном и какие туннели ведут к королевским водохранилищам. Там было столько воды, что хватило бы напоить весь Зильварен и еще осталось бы! Мятежники объяснили мне, как вскрывать цистерны в городе и сливать понемножку воду так, чтобы никто не заметил. Как взламывать замки́ и взбираться на стены. Я научилась у них драться на ножах и метать кинжалы. Иногда кто-нибудь из тех людей скрывался от гвардейцев у нас на чердаке. Они жили там неделями по одному или по двое, потом уходили, и их место занимали другие. Хейден ничего об этом не знал. Он был слишком мал, чтобы понимать, что происходит, и не умел держать язык за зубами. Так что с этим знанием приходилось жить только мне. Я научилась сражаться, воровать и заботиться о брате, потому что матери никогда не было дома. Так продолжалось долго. Днем я работала в мастерской, вечером готовила еду для Хейдена, прибиралась в доме, а потом, когда брат засыпал, отправлялась на промысел – воровать то, что нужно для жизни семьи. — Когда же ты спала? – Кингфишер, судя по всему, больше не испытывал боли – его голос звучал расслабленно и вяло, будто он боролся со сном. — Да я и не спала, наверное. Иногда удавалось прикорнуть ненадолго в течение дня, здесь и там… Правда не знаю. Как-то обходилась без этого, потому что надо было держаться. — Звучит хреново. — Так и было. И становилось хуже. Мать все больше ожесточалась. Она была сыта по горло тем, что мужчины вытирают о нее ноги, относятся к ней как к грязи, заявляют о своем превосходстве. Отказалась принимать в «Доме Калы» гвардейцев. Некоторым из ее постоянных клиентов, тем, что приходили и в наше жилище, это не понравилось. Однажды утром, шесть лет назад, мать отправилась в таверну и забыла взять дневной рацион воды. Оставила бутылку на столе в кухне. Даже перед выходом не сделала ни глоточка. Я знала, что до вечера ей будет больше негде взять воду, поэтому схватила бутылку и побежала вдогонку. Догнала. На площади. Мать стояла на коленях, а над ней возвышался гвардеец, которого она выставила из нашего дома прошлой ночью. Этот мудак в сверкающих доспехах поигрывал мечом, пока его подчиненные рылись в вещах матери. У нее в сумке они нашли два кинжала. Всего лишь два тоненьких зазубренных ножичка. Лезвия были не длиннее пальца. Но это не имело значения. |