Онлайн книга «Ртуть»
|
— Вообще-то могу, Рэн. Первые тридцать лет я пыталась представить это во всех подробностях. А потом начала запрещать себе думать о нем, потому что сердце у меня уже не выдерживало. Теперь же, когда Фишер вернулся, я не собираюсь гадать о том, через какой ад он прошел. Теперь я просто буду внимательнее за ним присматривать. Голос дрожал от эмоций, но Эверлейн не плакала. Она взяла со стола книгу, пристроила ее на стопке других, затем принялась перебирать какие-то свитки. Тяжело было смотреть, как она страдает. А Эверлейн несомненно страдала – только слепой этого не заметил бы. Как сторонний наблюдатель я многое подмечала в отношениях между фейри, с которыми познакомилась совсем недавно, но понимала, конечно же, далеко не все. У этих отношений была невероятно долгая история, переполненная болью и тайнами. Глядя вот так, со стороны, распутать сложную паутину связей, объединявшую их, казалось невозможным. Рэнфис вздохнул: — Должен быть способ исцелить его. Просто мы еще этот способ не нашли. Но я не собираюсь сдаваться. А вы? Последовало долгое молчание. Русариус неловко кашлянул, собрал со стола целую охапку перьев для письма, нырнул в проход между книжными шкафами и растворился в библиотечной тиши. Мне трудно было придумать какой-то повод улизнуть – перьев не осталось, в библиотеке я не ориентировалась так хорошо, как старик, так что мне оставалось лишь тихонько усесться в конце длинного читательского стола, делая вид, что меня тут нет, и молча таращиться на свои туфли. Вернее, туда, где они предположительно находились, скрытые пышным подолом дурацкого платья. — Так что же, ты отказываешься бороться за него? – спросил Рэнфис. — Нет! – воскликнула Эверлейн. – Нет, конечно. Просто… чувствую себя бессильной. Совсем потеряла надежду. — Зато у меня ее столько, что хватит на всех. Если уж я верю в Фишера, то в тебя и подавно. – Рэнфис снова испустил долгий вздох и побарабанил по столу пальцами. – Увидимся позже. Удачи, Лейн. И тебе тоже удачи, Сейрис. – Он тепло улыбнулся мне, направившись к выходу, и я почувствовала себя лучше – постыдное чувство, что я подслушиваю чужой, очень личный разговор, перестало меня мучить. Когда генерал ушел, Эверлейн принялась расхаживать вокруг стола, перекладывая книги, свитки и листы пергамента. — Так, ладно, – сказала она наконец. – С чего бы нам начать? Гм… Думаю, если ты сперва расскажешь то, что тебе известно об алхимических практиках и о том, для чего они используются… — Э-э… Я даже не знаю, что такое «алхимические практики». – Мне не хотелось ее перебивать, но я решила, что нужно прояснить ситуацию, пока фейри не зашла в своих планах на мой счет слишком далеко. — О, верно! – Эверлейн лучезарно улыбнулась мне, но в ее голосе слышались истерические нотки. – Точно, не знаешь. Ну, ничего страшного. Так даже лучше, так ничто не помешает нам взглянуть на дело непредвзятым взглядом. Мы начнем с самого начала, как только Русариус… – Она резко замолчала и крутанулась на месте, оглядывая книжные шкафы. – Русариус! Пять преисподних, куда подевался наш несносный библиотекарь? — Эверлейн, – окликнула я. – С тобой… все в порядке? Мне кажется, ты немного… — Нет-нет, все хорошо. Просто отлично. Честное слово. – Она прижала ладонь ко лбу и закрыла на несколько мгновений глаза – все было совсем не хорошо и ни разу не отлично. – Я… – Девушка безвольно уронила руку. – Фишер – лучшее, что было в моей жизни, Сейрис. Единственное светлое пятно. А теперь он рядом, но его со мной нет. Я знала, что так будет, но как же все-таки тяжело… видеть и… принимать это… мириться с такими переменами… |