Книга Второй шанс для принцессы, страница 21 – Анна Морская

Я погрузила ладонь в воду, разглядывая собственные пальцы. Обычные. Тонкие. С коротко подстриженными ногтями. Ничего общего с теми — длинными, почти неестественно вытянутыми, способными проникать сквозь плоть.

«Думаю, ты могла бы привыкнуть», — подсказала память голосом дияра.

Я сжала кулак, подняла руку над водой и медленно разжала пальцы. Вода стекала между ними, оставляя на коже едва заметные дорожки.

Смогу привыкнуть или нет, но мне жизненно важно наладить контакт с дияром. Потому что события, ставшие отправной точкой моего конца, начнут разворачиваться весной. И у меня только одна холодная зима, чтобы к ним подготовиться.

На утро меня ждал приятный сюрприз. В прошлой жизни первый день в резиденции сложился просто ужасно. Мне не принесли поесть, и к вечеру я впервые в жизни узнала, что такое голод, а, открыв сундук с платьями, обнаружила, что все они безнадежно испорчены.

В этот раз все было иначе. Мои вещи все еще находились в пути, но Клара все‑таки приложила руку к тому, чтобы мне было что надеть, ведь у туалетного столика я нашла чудесное платье из плотной струящейся ткани цвета слоновой кости, расшитое деликатным узором золотых нитей. А на прикроватной тумбочке обнаружился графин с молоком и румяной выпечкой, аромат которой просто сводил с ума.

Жадно съев несколько пышных булочек и запив их целыми двумя стаканами вкуснейшего молока, я отправилась приводить себя в порядок.

Из зеркала на меня смотрела вроде бы все та же Лора, но какая‑то чуждая, незнакомая. Каштановые волосы мягкими волнами обрамляют лицо, глаза приглушенно искрятся темной листвой, поймавшей солнечный блик, но что‑то в них поселилось. Возможно, пережитая смерть?

Тяжело вздохнув, я продолжила собираться. Совсем не время для хандры.

К приходу горничной я была полностью готова. И, более того, с удовольствием отметила, что крой местных платьев мне очень идет. В отличие от привычных пышных юбок, они мягко очерчивали изгибы тела, делая гармоничный баланс между бедрами и грудью очевидным.

Клара, судя по довольной улыбке, разделяла мое мнение.

— Нам нужно спешить! Дияр объявил общий сбор в зале для торжеств, а камердинер велел привести тебя заранее, — сообщила девушка и жестом велела поторопиться.

Резиденция явно нуждалась в женской руке. На первый взгляд огромное здание выглядело скромно, но опрятно, но, если присмотреться, то много прислуги слонялось совершенно без дела, качество уборки оставляло желать лучшего, кое‑где критически требовался ремонт.

И это только жилая часть резиденции, и только то, что бросилось в глаза сразу.

Чувствую, что буду очень много удивляться, когда доберусь до изучения документов и начну вникать в то, как здесь обстоят дела.

Народу в зале для торжеств собралось невероятное количество. Дело в том, что резиденция не была домом в полном смысле этого слова.

Восточное и западное крыло предназначалось для жизни дияра и его семьи, а также гостей, северное выделялось для прислуги и хозяйственных нужд, к нему же примыкали конюшни. А вот южное крыло резиденций дияров традиционно считалось их сердцем. Здесь самые талантливые жизнетворцы трудились на благо Конклава.

Именно поэтому публика в зале собралась очень разношерстная, и взгляды я тоже ловила самые разные — от ленивого любопытства до откровенной неприязни. Даже мне, привыкшей к официальным мероприятиям, от противоречиво настроенной толпы стало не по себе.