Книга Второй шанс для принцессы, страница 43 – Анна Морская

В какой‑то момент тело прошил импульс, заставивший зарезонировать каждую клетку в нем, и я почувствовала это. Не энергию, не силу, нет — как сама суть вещей разлилась по моим венам с такой отчетливостью, которой мне испытывать не доводилось никогда.

Темнота перед глазами в одну единственную секунду вспыхнула ярким сиянием атрибутов — мириадами знакомых символов и цифр, и сквозь закрытые глаза я увидела все: от холодных камней пола до мельчайших пылинок, притаившихся в углах потолка. Нет. До мельчайших частиц, что скреплялись друг с другом неведомой силой, заставляющей материю держать удивительное разнообразие форм нашего мира.

Ярко. Сильно. Невероятно.

— Закончили, — донесся до меня сквозь пелену восторга уставший голос Кассиана.

Я распахнула глаза. Мир вокруг выглядел… иначе. Не просто четче — я видела его насквозь. Каменные блоки стен, переплетение волокон в обивке дивана, едва заметные трещины в полу — все раскрылось передо мной, как раскрытая книга.

Кассиан отстранился, и я, не думая, вскочила с дивана. Ноги сами понесли меня к выходу из лаборатории. Распахнув дверь, я нетерпеливо коснулась обеими руками стены, одновременно осознав, что на самом деле мне больше не нужно ни касаться, ни даже видеть глазами эту треклятую осыпающуюся от малейшего прикосновения штукатурку.

Я чувствовала структуру материала, его слабые места, его память о том, как он был создан. Все параметры выстроились в одну четкую картину, и мне не пришлось мучиться с долгими расчетами — я просто знала, как должно быть. И в тот момент мне показалось, что Кассиан не просто вернул мне меня, скорее, это похоже на то, как если бы человек, родившийся слепым, вдруг обрел зрение.

Восстановив стены, все это время не дававшие мне покоя, я вернулась в кабинет к дияру, который терпеливо ждал, когда мне надоест эта, наверняка казавшаяся ему бессмысленной, возня.

— Кассиан! — воскликнула я, захлебываясь восторгом. — Это… просто невероятно!

Но он только усмехнулся и спокойно произнес:

— Не хочу тебя расстраивать, принцесса, но в ближайшие пару часов это пройдет. Я перезапустил исток после восстановления, и сейчас ты видишь, вероятно, пик собственных возможностей. К сожалению, придется потратить долгие годы, чтобы хотя бы приблизиться к нему по‑настоящему.

Он стоял у стола, слегка ссутулившись — видно было, что работа отняла у него немало сил.

Пыл мой немного поугас, но все равно не испытывать неподдельное безграничное счастье оказалось просто невозможно. В порыве я заливисто рассмеялась.

— Ничего, для этого целая жизнь впереди. Очень здорово быть живой, Кассиан, — доверительно сообщила я, отсмеявшись. — По крайней мере, я поправила эту дурацкую штукатурку. Знаешь, она меня ужасно раздражала. Теперь она не будет сыпаться каждый раз, когда я спускаюсь сюда.

Слова повисли в воздухе. И тут до меня дошло.

Теперь у меня нет повода сюда приходить.

Радость, еще секунду назад переполнявшая меня, внезапно схлынула, оставив после себя странную пустоту. Я посмотрела на Кассиана — и в его взгляде прочла не ту же, но похожую мысль, которую он тут же озвучил.

— Мы закончили, Лора. Тебе больше не придется терпеть мое общество и все прелести работы жизнетворца с твоим телом. Рад, что смог помочь.

Я буквально услышала, как она разбилась. Стеклянной крошкой рассыпалась по холодному камню — надежда, что между нами и правда появилось что‑то еще, кроме работы. Кроме истока, что продолжал делать мир перед моими глазами таким ясным.